Ингвар и Ольха

– Ингвар, воевода князя киевского, – ответил он зычно, – мы едем мимо, с вами ссоры у нас нет.

– Тогда почему ты здесь?

Голос был грозный, недружелюбный. Ингвар ответил несколько резче:

– Возможно, ты уже слышал о киевском князе. Не мог не слышать. У нас нет с вами вражды… пока нет. Но у меня сбежала пленница. Следы ее ведут к вам.

Его рассматривали настороженно. Ингвар вычленил из толпы лохматых мужчин широкого в плечах мужика, который вел с ним разговор. Остальные теснились рядом, трясли грязными бородами, люто скалили желтые порченые зубы.

Вождь, если это был вождь, выглядел широким, грузным, налитым силой, в глубоких глазницах поблескивали маленькие глаза.

– Рус, ты умеешь видеть следы на воде?

Голос был насмешливым. Его воины услужливо захохотали. Ингвар ответил серьезно:

– Если умеете вы, то почему не научиться нам?

Вождь сказал резко:

– У нас нет твоей пленницы. Уходи!

– Но…

– Уходи, – повторил вождь.

Мужчины за его спиной вскинули над головами остроги.

Сердце Ингвара застыло. Если хоть один швырнет, то ему в воде по плечи не увернуться. Разве что нырнуть, но уж лучше острием остроги в лоб, чем с головой под грязную воду.

Он заставил себя улыбнуться:

– Ладно, уйду… Но раз уж я добрался до ваших домов, то я хотел бы побывать у вас в гостях. Или вы не чтите Сварога?

Удар попал в цель. Все боги славян жестоко наказывали тех, кто пренебрегает священным долгом гостеприимства. А кто отказывался принимать гостей неоднократно, того вообще изгоняли из общины, чтобы не навлек гнев богов и на них.

Гостя следовало накормить, напоить, в баньку сводить, на чистое ложе уложить, а уж затем можно было спрашивать имя да каких кровей, какого роду-племени, откуда бредет. Но и тогда, если гость не желал отвечать, настаивать не полагалось.

После некоторого колебания старшой махнул рукой:

– Будь гостем. Опустите ему лестницу!

Ингвар выждал, когда с помоста плюхнулись осклизлые бревна, скрепленные черными перекладинами.

Верх придерживали двое худых, но жилистых мужиков. Ингвар с отвращением взялся обеими руками за скользкие жерди. Ощущение было таким, будто раздавил в каждой ладони по жирной пиявке.

От старшого сильно пахло рыбой, еще сильнее, чем от стен, пола и грязного тряпья по углам. Волосы слиплись как на голове, так и в бороде. Волосы на груди тоже были грязными, засаленными, в них запуталась рыбья чешуя.