Инструктор. Первый класс

Генерал отшатнулся, как будто увидев в глубине шкафчика готовую к броску королевскую кобру: бутылки были знакомые, точно такую же выставил на стол последний в своей жизни вечер полковник Замятин, и точно такая же бутылка унесла жизни Леры Николаевой и ее закадычной подруги.

– Ну и ну, – сказал он, немного придя в себя. – Кто бы мог подумать! Вот, значит, где скрывается маньяк!

– Хм, – Илларион почесал затылок. – Признаться, такая мысль мне в голову не приходила. А идея-то недурна! Чем возиться, впрыскивая яд в бутылку там, где тебя могут застукать, лучше заниматься этим дома, в тепле и безопасности.

А потом проникаешь на склад магазина, подкладываешь бутылочку к остальным и тихо линяешь… При моих, скажем, навыках это раз плюнуть. С точки зрения бухгалтерского учета излишек едва ли не хуже недостачи, но это ж не финансовая отчетность, а просто бутылка вина, которую можно прикарманить – все равно ведь лишняя! Но я тебе клянусь, – он выпрямился и торжественно прижал к сердцу ладонь, – что я этого вина не травил. За других не поручусь, а я – ни-ни.

– Верю, верю, – криво усмехнулся Мещеряков, – тебе это ни к чему. При твоих, как ты выразился, навыках ничего не стоит укокошить человека двумя пальцами и сказать, что так и было. Зачем еще на яд тратиться!

– Вот именно, – согласился Забродов. – Ну, так как, твое превосходительство, рискнем? Бутылок тут шестнадцать штук – по числу магазинов, где торгуют этим вином, и ресторанов, где его подают. Поскольку о массовых отравлениях речи пока нет, вероятность, что одна из этих бутылок окажется с сюрпризом, ничтожно мала.

– Ну да, мала! – не поверил генерал. – Я бы согласился, если бы речь шла о дешевом портвейне или о водке. А это – продукт другого сорта. Не так уж его, во-первых, и много, да и покупают его не так часто – цена кусается. Так что вполне может оказаться, что яд содержится в каждой третьей бутылке. Или даже в каждой второй.

– Но не в каждой первой, – значительно подняв указательный палец, вставил Илларион.

 – Я угощал этим вином Риту. И сам пил. И, как видишь, оба живы-здоровы.

– Риту я лично давненько не видел, – возразил Мещеряков, – и о ее здоровье могу судить исключительно с твоих слов. А что до тебя самого, так тебя, по-моему, никаким ядом не возьмешь. Разве что водородной бомбой, да и то бабушка надвое сказала.

– Типун тебе на язык, – обиделся Забродов. – Еще один такой намек, и я начну вливать в тебя это вино насильно – по глотку из каждой бутылки.