Комбат. Восемь жизней

Женские слезы подействовали на Рублева отрезвляюще, расставив все на свои места: он сильный – она слабая; он может сделать то, чего не смогли для нее сделать другие мужчины, но не потому, что она особенная… Просто он такой…

– Здесь за углом кафетерий, купишь всем по мороженому, – Борис протянул мальчику деньги.

Тот, не колеблясь, принял их. Поинтересовался:

– И маме взять?

– Маме обязательно, и тебе, и мне. Сейчас приду.

Мальчишка потянул расстроенную женщину вперед, а Комбат, не колеблясь, снял с полки медвежонка-девочку в платьице и попросил празднично упаковать.

Получая свою покупку, он заметил, что девушка-зазывала привела в отдел бабушку с внучкой. Она заученно водила тонкой ручкой вдоль стеллажей с игрушками, при этом заговорщицки подмигивала и ему, и продавщицам.

Глава 2

Алена приняла игрушку без ломания и дурацких намеков. Аккуратно распаковала ее, улыбнулась и ловко, по-женски прикрепила полосатый бант с обертки мишутке на фартучек.

– Спасибо, вот уж не рассчитывала получить сегодня подарок. Знаете, у меня такие неприятности, что я даже не понимаю, как это могло произойти. И почему со мной? Что-то невообразимое, очень-очень странное… На столько странное, что в милиции мне посоветовали обратиться к психиатру.

– И что, записались в платную клинику или взяли талон в государственную? – Борис сам удивился откровенной иронии вопроса, но женщина не обиделась.

– Извините, как я могу к вам обращаться? Борис Иванович, если не ошибаюсь?

– Просто Борис, так короче…

Алена оказалась старше, чем он думал, ей было тридцать шесть. В Москву переехала ко второму мужу пять лет назад. Раньше жила в Белоруссии, в небольшом городке с незнакомым Комбату названием. Работала учительницей в местной школе, была замужем за однокурсником.

Все у нее было размеренно, по-хорошему, пока однажды супруг не пришел домой бледный, с дрожащими руками и синими губами… Ничего не объясняя, положил на стол направление в столичную клинику, в онкологию. Но он, как и многие в этом городке, опоздал… Злой рак поселился у него в стыдном мужском месте, но метастазы были в легких…

– Неоперабелен, – грустно констатировала пожилая докторша с лицом мудрой Тортиллы.