Комбат. За свои слова ответишь

В Горловке ты скромный, с бабой тебя ни разу не видел.

Виталию не хотелось продолжать эту тему, как не хотелось бы ее продолжать и любому другому мужчине, попавшему в подобную ситуацию. Ни он соблазнил женщину, а та буквально затащила его в кровать и заставила доставлять ей удовольствие, причем так и в таком количестве, как хотелось ей.

– Мне сейчас к коммерсантам ехать, – уже за завтраком сказал Иван, – сахар из машины в квартиру перетащить надо.

– Наталья сказала, что пристроит его.

– Сеструха это может, у нее торгашей знакомых навалом, не зря ты ее трахал.

Виталий потупился и, не поднимая глаз от тарелки с пережаренной яичницей, сказал:

– Продадим сахар – и сразу назад.

– Это само собой, хотя можно и задержаться, у меня командировка на неделю.

После завтрака мужчины перенесли мешки с сахаром в квартиру Натальи, отчего та стала еще теснее. И Иван покатил сдавать отремонтированные двигатели своим коммерсантам.

Виталий Конопацкий остался один. Ключей от квартиры ему никто не оставил, города он не знал и целый день просидел дома, тупо глядя в телевизор.

Первые полчаса ему еще было интересно, так как он смотрел те каналы, которые в Горловке не принимались, но потом потерял интерес к происходящему на экране. Везде говорящие головы, проблемы, которые его абсолютно не касались.

За целый день он так и не решился убрать висящие на спинке стула огромный бюстгальтер и трусики, которые не давали ему забыть о хозяйке дома.

Иван вернулся первый, радостный и довольный прожитым днем, с каким-то новым приятелем подозрительного вида.

Вдвоем они устроились на кухне и принялись пьянствовать. Конопацкий к ним не присоединялся.

Когда за окнами сгустились сумерки, вернулась и Наталья. С ходу, прямо с порога, не раздеваясь, бросилась на кухню и, схватив за шиворот собутыльника своего брата, без лишних разговоров, ничего не выясняя, вытолкала его на улицу. Мужчина вяло сопротивлялся, полагая, что выгоняет его не сестра Ивана, а жена.

– Мы тут сахар перенесли, – напомнил Виталий, – вы вчера обещали, что найдете, кому его продать.

Наталью ничуть не смутило обращение на «вы», хотя после вчерашнего любой другой здравомыслящий человек иначе как на «ты» к ней не обращался бы.

– Пристрою. Я уже сегодня говорила.

– Почем?

– По хорошей цене.

Иван, пока его собутыльника выталкивали на улицу, успел допить содержимое второй бутылки. До этого он выпил и ту, что стояла в холодильнике, располовиненную вчера Натальей и Виталием.