Му-му. Кровавая линия

Вы же знаете, где сейчас находится его семья?

– Нет, – покачал головой Дорогин, – не знаю.

Парень говорил настолько спокойно и уверенно, что ему трудно было не поверить.

– Знаешь, гад! – вдруг воскликнул парень, выхватывая пистолет.

Но Дорогин был готов к такому развитию событий.

Через несколько минут молодой человек, обезоруженный и со связанными руками, опустив голову и сверкая из-подо лба глазами, уже сидел на диване, а Муму, устроившись напротив, пристально всматривался, как ему теперь казалось, в знакомое смуглое лицо.

– Мы с тобой раньше не встречались? – спросил он наконец.

– Это теперь неважно, – буркнул юноша.

– И все же…

– Я тогда был мальчишкой, – прошипел сквозь зубы юноша. – И я все видел и все понял. И когда теперь ваш друг опять появился в наших краях, я попытался предупредить наших. Но мне не поверили. Мне сказали, что я что-то путаю. И тогда я сам прилетел в Москву.

– А кто тебе дал этот адрес? И почему ты думаешь, что здесь живу не я, а какой-то мой товарищ? – спросил Дорогин.

– Этого вам знать необязательно, – зло буркнул юноша и добавил: – Но имейте в виду, я все равно вырвусь и найду его семью. И я докажу, что это вы, вы тогда погубили и моего отца, и моего дядю!

– Подожди. Ты что-то путаешь… – проговорил Дорогин, пытаясь продумать, как разумнее вести себя дальше.

Но очевидно, узел на веревке, которой Дорогин связал руки юноше, был слишком слаб или юноша умел развязывать любые узлы… Так или иначе, в одно мгновение пленник вскочил и, рванув балконную дверь, буквально скатился вниз по лестнице.

Дорогин поспешил ему вслед, но юноша, спрыгнув на землю, тут же вскочил в ожидавшую его машину и был таков.

Глава 3

Лев Пореченков, один из самых востребованных в модной столичной клинике пластических хирургов, был суеверным человеком. Нет, он не сворачивал с тротуара, если видел изготовившуюся к перебежке черную кошку, потому что перемещался с места на место преимущественно в своем новеньком авто.

И операций с тринадцатого числа переносить ему не приходилось: сами клиенты не решались выбирать такую дату. Но когда утром в понедельник Лев Пореченков включил кофеварку и в это время вырубили электричество, он почему-то воспринял это как недобрый знак.

Сегодня он останется не только без кофе, но и без утренних тостов и теленовостей, которые привык смотреть за чашечкой ароматного, пьянящего и бодрящего своим горьковатым привкусом напитка.