Панкрат. Возвращение в небо

Хотя апартаментами жилье француза назвать можно было с натяжкой. Жестоко экономя, хозяева отеля, как в общем-то принято почти везде, давили на креатив.

Это был такой же номер, как и у него. В футуристическом стиле, впрочем, как и весь отель. Светильники со встроенными вентиляторами, которые при включении раздували накрывающие их светящиеся купола. И выключатели в виде зеркальных пятен, напыленных на стены. И датчики кругом, на случай, если кто-нибудь забудет выключить свет либо телевизор или вытворит еще что похуже.

Холодильник с напитками сразу за кроватью, как будто жильцы отеля непременно должны просыпаться с пересохшим горлом. И уж совсем оскорбляющие достоинство яркие виниловые тапочки…

От такого «креатива» Суворин обычно зверел. Но сегодня как раз был его день! За вычурную, в виде стружки, ножку кровати специальным замком был «пристегнут» кейс. Панкрат не ломал себе голову с кодом. Просто достал нож и довольно быстро вскрыл замок.

«Ошибочка», – пробормотал он, несмотря на то что в голосе его слышались довольные нотки.

Да, он, действительно, ошибся. Судя по письмам и бумагам, находившимся в кейсе, это был номер не Рувье как ему сообщили достоверные источники, а Шнейдера. Вся почта и бумаги были на немецком языке. Панкрат, не особенно вчитываясь, достал мобильный и сфотографировал несколько адресов. Затем прочел несколько писем личного характера. Выяснилось, что Шнейдера ждали дома к субботе.

В это время кто-то вставил ключ в замок.

Суворин быстро закрыл дипломат и бросился в ванную комнату.

В номер Шнейдера ввалилось несколько человек. Судя по голосам, все они были навеселе. И если бы Панкрат не знал, что эти люди только что обедали в весьма приличном месте, он бы решил по их кратким и скабрезным репликам, что они вернулись со слета азиатских проституток.

– Вот уроды, – усмехнулся он. – Эгоманьяки, – добавил он, запрыгнув на подоконник и втискивая свои плечи в узкую форточку, для того чтобы покинуть эту насквозь пропахшую лосьоном Шнейдера ванную комнату.

Но в тот момент, когда он уже стоял на карнизе, дверь открылась и на пороге с откровенно разинутым ртом и чудом державшейся в его уголке дотлевавшей сигарой застыл хозяин номера.

– Tr?s drol (Очень забавно), – наконец пробормотал он, выходя из ступора, и тут же истошно завизжал: – Voila! Voila!.. Russen! (Вот! Вот!.. Русский!) – тыча в окно длинным указательным пальцем.