Ночной дозор. Умереть – непозволительная роскошь

– Я американский подданный, – начал журналист, – приехал в Россию по заданию своей редакции освещать демократические преобразования в вашей великой стране.

– Ну, это мы уже слышали, – резко оборвал американца Викентий, – ближе к делу.

Патрик кивнул рыжеволосой головой и, шмыгнув большим носом, продолжал:

– Хорошо… Сегодня утром мне позвонил господин Гришин, главный редактор газеты «Новый век», и сообщил, что у него есть интересный материал.

Старлей с любопытством и подозрением вонзил свои колючие зеленые глаза в рассказчика.

– Какой материал?

Глен удивленно развел руками.

– Об этом он мне не сказал.

Прошкин ехидно усмехнулся.

– Вы что, господин Глен, – саркастически заметил следователь, – нас тут за идиотов принимаете?

Журналист сделал обиженное лицо.

– Почему вы так решили?

– Неужели вы думаете, что я вам поверю в то, о чем вы мне тут плетете? – произнес Прошкин. – Да вы, иностранцы, и шагу не сделаете, если вам это невыгодно!

– Конечно, – согласился Шнобель, – бизнес есть бизнес!

Старший лейтенант Прошкин начал выходить из себя.

Он уже более или менее представлял сложившуюся ситуацию и понял, что спецы отдали им этого урода как ненужный, отработанный материал. Патрик Глен не был замешан в убийстве коллектива редакции газеты, – тут и слепому было видно. Однако какая-то связь все же между ними была, и Прошкин чувствовал это. Но с какой стороны к нему подойти, следователь не знал. Да и на чем поймать этого зажравшегося прощелыгу? Прямых улик пока нет, а следовательно, нужно приносить извинения и отпускать журналиста до прояснения ситуации.

Единственное, чем мог помочь Патрик, так это рассказать, чем же Гришин заинтересовал американца, но тот явно не хотел этого выкладывать следствию…

– Значит, господин Глен, – задумчиво произнес Викентий, – вы не хотите объяснить нам причину вашей встречи с Гришиным?

Патрик недовольно насупился.

– Я уже вам сказал, – сухо произнес журналист, – господин Гришин сообщил, что есть интересный материал из жизни столичного бомонда…

– А поконкретнее можно?

– Нет! – отрезал иностранец.

 – Гришин сказал, что это будет для меня большим сюрпризом.

Следователь Прошкин невольно усмехнулся, вспомнив, что пришлось почувствовать Патрику Глену по приезде в редакцию.

– Да уж… – вздохнул старлей, – сюрприз, конечно, удался на славу!

Патрик ничего не ответил, а только побледнел при воспоминании жуткой картины.

– Это мы можем! – произнес Прошкин.