Иоанн Павел II: Поляк на Святом престоле

Вероятно, именно опыт в общении с рабочими и сподвиг Хлёнда назвать Вышиньского своим преемником – оппонировать «пролетарской» власти должен был человек, умеющий говорить на одном с ней языке. Смену примаса сопровождали драматические обстоятельства: в октябре 1948 года, возвращаясь с похорон прежнего главы епископата, погиб в автокатастрофе один из наиболее влиятельных иерархов, ломжинский епископ Станислав Лукомский, а 5 февраля 1949 года, направляясь из Гнезно в Варшаву, едва не попал в аварию и сам Вышиньский: неизвестные протянули над дорогой цепь, как это делали бойцы Сопротивления, покушаясь на немецких офицеров.

По случайности перед «Бьюиком» Вышиньского ехал грузовик, который и угодил в ловушку[185 - Czaczkowska E. K. Op. cit. S. 87.].

Юридические навыки молодого примаса быстро пригодились, когда в апреле 1950 года он сумел склонить власти подписать соглашение – первое в истории социалистических стран. В обмен на признание нового строя и новых границ костел получил возможность относительно свободной деятельности.

Как водится в политике, обе стороны лукавили: коммунисты говорили, что преследуют католиков не за религиозные убеждения, а лишь за антигосударственную деятельность, сами меж тем выпускали внутрипартийные циркуляры, где предписывалось не назначать на государственные посты верующих; церковники в свою очередь уверяли, будто не отвергают основ социалистического строя, а только заботятся о свободе убеждений, но при этом смотрели на новую власть как на временную и антипольскую. Это взаимное лицемерие (очевидное для обоих противников) будет сохраняться до самого конца Польской Народной Республики.

Сапегу и ряд других иерархов договор не устроил. С возмущением отозвался о нем и Пий XII, грозивший даже лишить Вышиньского сана архиепископа. Впрочем, скоро соглашение было фактически денонсировано властями: уже в январе 1951 года начались аресты духовенства по обвинению в антигосударственной деятельности и сотрудничестве с ЦРУ, а пресса стала полоскать имена зарубежного епископа Гавлины и почившего к тому времени Сапеги.

Краковский митрополит скончался в июле 1951 года, в разгар подготовки властей к судебному процессу над главой епархии в Кельцах Чеславом Качмареком. Сапегу хоронили под звон «Сигизмунда» – большого колокола на Вавельском соборе: в траурном шествии двигались епископы, священники, профессора в тогах, студенты; отдельный венок возложили уцелевшие представители еврейской общины.