Русская княжна Мария. Рукопись Платона

 – Вообразите себе, господа, этот чудак хотел, чтобы я сделал для него несколько портретов!

– Что же здесь смешного, ясновельможный пан Хесс? – осторожно удивился Понятовский. – Признаться, я сам хотел просить вас о том же. Я понимаю, что вы торопитесь, но, может быть, на обратном пути…

Его прервал новый взрыв истинно немецкого хохота. Хесс смеялся от души – так, что даже слезы навернулись на глаза и побагровела лысина.

– Майн готт! – простонал он, утирая слезы. – Любезный герр Понятовский, дело вовсе не в спешке! Просто я очень хорошо осознаю границы своих возможностей и вовсе не хочу, чтобы вы, увидев свой портрет, написанный мною, сочли себя оскорбленным и проткнули меня своей шпагой или прострелили мою плешивую голову из пистолета.

Я не художник, а всего-навсего родственник художника и его ученик – увы, ученик недостойный и ленивый.

Он поперхнулся куском дичи и мучительно закашлялся, выкатив глаза и сделавшись багрово-синим, как спелая слива. Вацлав, которого два года службы в гусарах благополучно излечили от избытка утонченных манер, привстал со стула и, перегнувшись через стол, несколько раз сильно ударил немца ладонью по жирной спине.

– Благодарю, – просипел Хесс, отдуваясь и утирая слезы салфеткой. Понятовский быстро наполнил его бокал, и немец выпил вино, как воду, в три огромных глотка. – О, благодарю вас, господа. Еще немного, и мой кузен никогда не дождался бы своих набросков… Ха-ха-ха!

Он смеялся так заразительно, что даже Огинский, которому его веселье казалось не вполне понятным, не мог удержаться от улыбки.

Что же до хозяина, то он вторил Хессу, всплескивая руками и смущенно прикрываясь салфеткой, очень довольный тем, что все закончилось благополучно.

– А знаешь, Пауль, – задумчиво произнес Огинский, с трудом дождавшись конца этого бурного веселья, – я, пожалуй, переменю решение и поеду с тобой через Смоленск. Надеюсь, ты не откажешься воспользоваться моим экипажем.

– Майн готт! – воскликнул немец с таким энтузиазмом, что Вацлав слегка испугался, как бы он опять не начал хохотать.

 – Майн готт, вот так удача! Да о лучшем я просто не мог мечтать! Мало того что в твоем лице я обретаю приятного попутчика, так я еще и сэкономлю на проезде! Это надо отметить. Трактирщик, вина! – закричал он, явно забыв, где находится, но тут же спохватился и рассыпался перед паном Понятовским в извинениях, которые были учтиво приняты.

Спать они улеглись уже за полночь, а после полудня явился кузнец – карета Вацлава была готова.