Барбаросса. Роман-размышление. Том 2

Паулюс намек понял.

– Очевидно, – сказал он, – чтобы я не свихнулся, ко мне решили приставить идейную гувернантку… Неужели и полковник Баграмян тоже водит маршала Тимошенко на политических помочах? Мне, как и Блюхеру, необходим только Гнейзенау.

Вечером в казино Харькова немецкие офицеры смотрели советский документальный фильм довоенных времен «Борьба за Киев», в котором – на примере маневров Красной Армии – была показана ее высокая мобильность, ее передовая тактика, массированная мощь ударов – воздушных и танковых.

Паулюс, как генеральштеблер, изучил этот фильм еще в Цоссене, а сейчас просмотрел снова – глазами придирчивого специалиста.

Вечер выдался хороший и теплый, после сеанса в душном казино было приятно прогуляться под липами харьковских переулков. Попутчиком Паулюсу стал генерал-майор Отто Корфес, командир пехотной дивизии, склонный ко всяческим историческим аналогиям. Сейчас, сопровождая командующего, доктор Корфес первым делом переложил «Вальтер» из кобуры в карман мундира.

– Советую и вам поступить так же со своим «парабеллумом», – сказал он Паулюсу. – Вечерние прогулки в России опасны…

Конечно, доктор Корфес в отличие от Паулюса еще весь находился под впечатлением документальной киноленты:

– На экране все выглядит превосходно, и хочется аплодировать. Но я никак не могу понять, к у д а все это делось? Красная Армия в тридцатые годы, бесспорно, была лучшей армией мира. Но сталинские наркомы, кажется, погнались потом за рекордами – кто выше прыгнет, кто дальше плюнет, кто глубже нырнет и никогда не вынырнет.

Я думаю, – рассуждал Отто Корфес, – легче всего приготовить одного стахановца, дающего сразу тысячу процентов нормы. Но гораздо труднее наладить работу многих-многих тысяч рабочих, дающих сто обязательных процентов нормы – и  н и  о д н и м  п р о ц е н т о м  б о л ь ш е! В конце тридцатых годов все утерянное русскими в погоне за рекордами освоили мы, немцы, и теперь наш вермахт ставит «рекорды», взятые из поучительной практики прошлого Красной Армии…

Размеренные шаги гитлеровских генералов резко звучали в тишине мертвых улиц оккупированного ими города.

Паулюс, доселе молчавший, вдруг заговорил:

– Я не боюсь маршалов вроде Тимошенко; но следует остерегаться новых русских полководцев, которые еще никому не известны, но которых Россия обязательно сыщет в своих необъятных недрах.