Литература Латинской Америки

Есть у него прозаические произведения – роман «Бакалавр», серия рассказов из жизни окружающего его мира, исследования о мексиканской поэтессе Х. И. Де ла Крус (1910). Литературные критики отмечают его большой вклад в развитие мексиканской литературы.

Стихи А. Нерво (отрывки)

Осень пришла

«Как я люблю покой

Моих непраздных дней

И радости уединенья…

Веселой канарейки все сильней

Заливистое пенье!

Как воздух свеж и густо напоен

Древесным ароматом! Неба просинь

В окно мне льется…Буен и хмелен

Снег тубероз, предчувствующих осень…»

Давайте любить!

Если не знает никто, почему улыбаемся мы,

И не знает никто, отчего мы рыдаем,

Если не знает никто, зачем рождаемся мы,

И не знает никто, зачем умираем,

Если мы движемся к бездне, где перестанем быть,

Если ночь перед нами нема и безгласна…

Давайте, давайте, по крайней мере, любить!

Быть может, хоть это не будет напрасно».

Х. Эррера-и-Рейсиг (1875-1910) – уругвайский поэт, яркий представитель испано-американского модернизма.

Литературной деятельностью начал заниматься с конца 19 века. Критики отмечали, что поэт наряду с экстравагантным словотворчеством умело показывал пасторальные мотивы. В его сборниках стихов ясно выражалась любовь к родной природе – «Пасха времени» (1910), Баскские сонеты» (1901), «Экстазы гор» (1907), «Мелодии сумерек» (1908), «Башня сфинксов» (1909).

Стихи Эррера-и-Рейссиг (отрывки)

Пробуждение

«Дверь настежь распахнулась, и, млея от истомы,

Алисия и Хлорис, открыть не в силах глаз,

От света влажных, трут их, развевая дрему,

Обрывки сновидений, столь сладких в ранний час.

В фонтане день умылся, невинно обнажась,

И праздный плуг проснулся на ложе чернозема.

Священника сутана степенно, мимо дома

Проплыв, с тенями сада цветущего слилась.

Все дышит и смеется. Гора порозовела,

Но в снах еще средь звездных скитается дорог.

Кузнечиком старинных пастушеских эклог

Бубенчик монотонный доносится несмело.

И ласточки, как ночи, уже разбитой, стрелы,

В зарю хотят вонзиться, летя наискосок».

Флейта

«В ознобе роща – ватой на ней туман повис.

Чиста горы вершина – как мысль идеалиста.

И, резкими скачками, как будто норовистый

Скакун, с веселым ржаньем, поток стремится вниз.

Тростник открыл у ветра призвание флейтиста.

Внезапно зимней дымки покровы сорвались,

И – солнце смотрит из-за раздвинутых кулис,

И в утре растворилось сиянье аметиста.