Несломленная

В поездке я пробуду несколько дней, возможно, что неделю.

– Ах, отец! Как бы мне хотелось сопровождать вас в этой поездке, а не скучать здесь, тратя все свое время на вышивание или чтение книг! И мне было бы гораздо спокойней находиться рядом с вами!

Беатрис, наигранно закатив глаза, тяжело вздохнула, услышав отрицательный ответ.

Хозяин замка улыбнулся, посмотрел на свою дочь и продолжил:

– Ангел мой, твое спокойствие будет под защитой.…К нам пожаловал человек, любезно согласившийся послужить мне.

Беатрис вопросительно посмотрела на сидящего напротив отца. Она не понимала, к чему такая необходимость нанимать каких-то незнакомых людей? Что задумал отец?

– Надеюсь, это не какой-нибудь пожилой сударь, который будет ходить за мной хвостиком, и донимать своими нравоучениями о добродетели? – Беатрис попыталась развеселить присутствующих, увидев немой ужас на лице своей гувернантки.

– Этот очень надежный человек! – серьезно ответил герцог, даже не заметив шутку дочери.

Барон Венсан Морэ любезно согласился послужить мне!

Беатрис застыла на месте. Ее горло разрывал беззвучный крик, по телу пробежала ледяная дрожь. Она собрала свои силы и, испепеляя взглядом своего отца, медленно спросила:

– Позвольте узнать, отец, зачем вы прибегаете к столь сомнительному способу оградить меня от несуществующих опасностей? Зачем в замке будет находиться человек, которого вы едва знаете?

– Я доверяю своему другу. Именно от него я получил предупреждение о том, что поблизости орудует вор, который не щадит своих жертв! Я не хочу потерять свою дочь! Это мое решение и я не потерплю, юная мадемуазель, чтобы вы смели его оспаривать!

Филипп гневно посмотрел на Беатрис, которая поняла, что теперь оказалась в ловушке, как и ее покойная матушка.

Завтрак прошел в спешке, герцогиня почти не притронулась к еде. Она выпила чашечку ароматного кофе и съела несколько виноградинок.

– Анри! Анри! – закричал герцог, вставая из-за стола.– Оседлай мне двух лошадей и быстрее! Я не намерен ждать! Жанполь, собери мне еду и питье в дорогу! Дидье, ты поедешь со мной! Слышишь?

В залу вошел молодой человек лет двадцати девяти, высокий, крепкий, с аккуратно подстриженной бородкой, с большими руками и очень приятным лицом.

У него был открытый взгляд, прямой нос и чуть пухлые губы. Фиолетовый цвет костюма невероятно шел к его лицу, подчеркивая всю глубину его зеленых глаз и каштановую роскошь волос.