Писатель: Назад в СССР

 – Все равно не отгадаете. Да и не имеет это никакого отношения к делу…

Я говорил прямо и свободно, а в сочетании с моим скромным внешним видом выходило, что нагло. Мизин нахмурился, а мне того и надо было. Вечно усмехающиеся губы его сложились в гримаску угрозы.

– Я вот сейчас позвоню в отделение, и вам там объяснят, почему нельзя вторгаться в дом незнакомого вам человека.

– Я не вломился без спросу, Евдокия Семеновна сама открыла мне дверь.

– Вы знаете, как зовут мою домработницу? – удивился мой собеседник.

– Мне многое о вас известно, товарищ Мизин, – ответил я. – Достаточно много, чтобы у вас пропало желание вызывать милицию.

– Что же, например? – спросил тот с иронией, в которой отчетливо слышался испуг.

Я чуть подался к мэтру и посмотрел ему прямо в глаза, делая секундную паузу.

– Ну например, что вы незаконно храните у себя пистолет ТТ…

– Наградной! – подчеркнул он.

– Да, но наградили-то им не вас, – уточнил я. – Потому вы его никому и не показываете. Держите в тайнике… Сказать, где именно?

Мои слова произвели на хозяина квартиры ошеломляющее впечатление.

Он вскочил, кинулся к двери своего кабинета, плотно затворил ее и повернулся ко мне.

– Откуда вам известно о пистолете? – спросил он шепотом.

– Из того же источника, который сообщил мне ваш домашний адрес, имя и отчество домработницы, а также – сколько у вас на самом деле было жен и многое другое…

– Но я же никому… никогда… – потрясенно бормотал он.

Я не стал долго ждать и напомнил о главном:

– Так что насчет работы, Станислав Мелентьевич?

– Хорошо… – обреченно кивнул он.

 – Я дам вам записку в наш отдел кадров. – Приходите в редакцию журнала устраиваться, как только уволитесь с нынешнего места работы.

– Благодарю.

– Не за что, – пробурчал тот. – Надеюсь, однако, что вы будете скромны и не станете сообщать посторонним о фактах, которые непостижимым образом стали вам известны.

– Конечно, Станислав Мелентьевич, – заверил его я. – Мне нет никакого резону ссориться с вами. Вы человек влиятельный в литературном мире… Мы можем оказаться полезны друг другу.

– Вы редкостный нахал, молодой человек, – с облегчением вздохнул собеседник, протягивая мне записку, которую он накарябал, не присаживаясь к столу.

Я поднялся, взял у него записку, дурашливо поклонился (почти на манер Фагота) и вышел в коридор. Там я сбросил тапки, натянул ботинки, взял пальто и шапку и вышел. Перед тем, как затворить за собой дверь, я оглянулся и увидел хозяина квартиры.