Из боя в бой

И где он?

– А он уже там, – Бабкин махнул в сторону передовой, – у немца в тылу. Догоняй, пехота!

– Глупая шутка, боец Бабкин, – подошел Михайлов.

В блиндаже комполка прежде всего предложили согреться с дороги чаем. Потом обсудили детали перехода в немецкий тыл. Комполка решению перейти оборону противника среди бела дня не удивился. И даже его одобрил.

– А мы чуть позже огоньком вас прикроем, отвлечем немца. И надо сказать, место вы удачно выбрали. Здесь у него оборона слаба. Мы уже было намеревались прорвать ее, да сверху категорически отказали.

Теперь ясно – почему. Удачи тебе, старлей. Иванцов, Сердюк, сопроводите группу к передовой линии. А там вас разведка наша примет. И минеры. В минном поле проход вам обеспечили – и у нас, и у фрицев.

Когда подошли к траншее передовой линии, пурга уже свирепствовала вовсю. В пяти шагах кроме снежной круговерти ничего не видать. И ничего не слыхать, кроме свиста и воя ветра.

Заслоняясь, прикрывая от снега карту, Михайлов и разведчик еще раз уточнили все приметы и ориентиры на местности.

Разведчик старательно пояснял:

– Вот эта ложбинка как раз к Семеновскому массиву выходит. В лесу у них практически ничего нет, мои ребята вчера опять проверяли. Батарея противотанковых орудий и капониры для грузовиков. А вот здесь – пулеметный расчет, вот тут – постоянный наблюдатель, а вот это – постоянный пост. Его вам никак не обойти. До него метров пятьдесят.

– Сафронов! Выдвигаешься с разведкой. Снимаешь часового. Очень чисто.

Сафронов потрогал нож, подвигал его в ножнах, перевалился через бруствер и исчез в снежной замети.

– Группе приготовиться!

Чуть пошевелились и замерли.

Напряженное ожидание. С немецкой стороны – ни звука, ни выстрела. Откуда-то свалился в траншею Сафронов. Перевел дыхание, доложил:

– Порядок, товарищ командир. – Голос его чуть дрогнул.

Разведчик с интересом взглянул на него:

– Он у тебя первый? Тогда с почином тебя, не знаю твоего звания.

– Старший сержант.

По общему счету не первый. Я как Белоруссию прошел, с десяток их уложил. Одного даже лопатой. А вот ножом – первый.

– Выдвигаемся! Справа по одному марш. Комиссар – замыкающим. Пошли!

Спецотряд Сосновского

– Как у тебя с немецким, капитан?

– На уровне… – Сосновский поскреб пальцами два дня не бритую щетину. – На уровне «хэнде хох!» и «Гитлер – капут!»

– Негусто. – Майор-особист глянул на него и погладил ладонью чисто выбритые щеки.