Железный поход. Том второй. Рай под тенью сабель

Все эти черные мысли равно кружились и в голове Дзахо, стерегущего в Качкалыкской балке вместе с пятью часовыми угнанных лошадей, но сердце его замирало в ту ночь от других настроений. Нынче, с разрешения Занди, пока их отряд не ушел далеко от Аргуна, он собирался в очередной раз навестить свой аул, увидеть родительский дом, крепко обнять любимую Бици, а главное, рассчитаться с калымом – отдать последних пять лошадей к прежним двадцати, что затребовали за невесту ненасытные Ахильчиевы.

Дзахо не сомневался: преданный Ахмат, оберегавший все это время Бици, отгонит лошадей Ханупаше, как это было уже не раз, а он наконец-то сбросит с себя обязательства, тяжелым ярмом давившие его плечи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/andrey-voronov-orenburgskiy/zheleznyy-pohod-tom-vtoroy-ray-pod-tenu-sabel/) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.

Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

«Нет никакого божества, кроме Аллаха, и Мухаммед – посланник Аллаха!» (араб.) – такова краткая формула символа веры ислама, одной из трех мировых религий.

2

«Аллах превелик» – такбир – произнесение молитвенной формулы.

Многократный такбир – одна из характерных особенностей мусульманского культа – входит, в частности, в призыв на молитву – азан и в саму молитву. Она служит и боевым кличем мусульманских воинов.

3

Гяур (турецк.), кафир (араб.) – неверующий, неверный. Кафирами (гяурами) считают всех немусульман, а также мусульман, впавших в неверие, нарушивших основы предписаний ислама и не раскаявшихся в этом.

4

Божьи враги; ругательство, в основном направляемое по адресу иноверцев (чеченск.

).

5

От арабск. «амма» – стоять впереди, предводительствовать. Шамиль (1797–1871) являлся руководителем освободительной борьбы горцев Северного Кавказа против царских войск и местных феодалов, развернувшейся под лозунгом газавата – священной войны. После смерти своего учителя Кази-Мухаммеда и его наследника Гамзат-бека, которые были первыми имамами и проповедниками газавата, Шамиль стал третьим имамом Дагестана и Чечни (1834).