Держава

– Дети мои, ежели предстоит нешуточная борьба с зелёным змием, я вам непременно окажу посильную помощь. Злой нынче на него – страсть, – вопросил в основном у приехавшего из Питера Гороховодатсковского отец Захарий, случайно столкнувшись с подозрительной компанией.

Офицеры, как один, устремили, по мысли святого отца: «алчущие взоры» на полковника.

– Непременно помогите, господин аббат, – ухмыльнулся тот, оглянувшись на нижних чинов с чемоданами в руках. – Твой отец, Аким Максимович, передал тебе презент, состоящий из пяти бутылок коньяка со слоном на этикетке.

И я кое-что прикупил в винном магазине господина Смирнова.

– Ну да! Вам стало только ни до книг, – подытожил связист.

– Амвросий Дормидонтович, Христом Богом прошу, не называй меня аббатом, – насупился отец Захарий. – Я – православный священник, а не какой-то там католический ксендз.

– Принято! Тогда стану называть вас: адъютант Господа Бога.

Так и провоцируете нарушить одну из десяти библейских заповедей…

– Ту, что гласит, вернее, вопиет: не пожелай жены ближнего своего? – вступил в религиозную полемику Гороховодатсковский.

– Нет! Которая – не убий! – сурово глянув на полковника, уточнил отец Захарий, вызвав улыбки на лицах офицеров. – Это ты, сын мой, произнесённую тобой заповедь без конца повадился нарушать… Пришли, слава Богу. Вот ваше стойбище, неразумные чада мои.

– Питер, несмотря на войну, не меняется, – сидя за скромно накрытым столом, делился впечатлениями после вояжа Гороховодатсковский.

 – Так же шастают лоточники с накрытыми от пыли белой материей, лотками, во всю глотку вопя: «Пышки-и! Горячие пышки», – перепугал святого отца зычным басом, имитирующим голос торговцев пышками.

– Свят, свят, свят, – перекрестился священнослужитель. – Зело горласт ты, как выпьешь, сыне. Чего-то я не распробовал слоновьего напитка, – налил в чайную чашку коньяк.

– Ещё порция, святой отец, и вы в землемеры засобираетесь, – предупредил полкового капеллана Рубанов. – А я мороженщиков не люблю, – не чинясь, налил по стопкам коньяк.

 – Вот уж горластые черти, не к ночи будь помянуты…

– Друг мой, что за порочащие связи вы имели по ночам с мороженщиками? – весьма заинтересовался Гороховодатсковский.

– Преступные. Умысливал после их ночных воплей нарушить библейскую заповедь…

– Не пожелай питерского мороженщика? – заржал быстро опьяневший с дороги полковник.

– Её давеча отец Захарий озвучил. Как родители поживают, лучше расскажи.