Неоконченный портрет. Сборник рассказов

В ход шло любое оружие, ножи, саперные лопатки, приклады автоматов, штыки, а если надо, кулаки и даже зубы.

Здоровенный фашист повалил нашего старшину Боброва на бруствер и начал душить. Сереге Боброву никак не удавалось высвободить его руки. Тогда он ухватил его за мошонку и рванул со всей силы. Бугай взвыл и выпустил руки с горла, тогда старшина укусил его за нос и убил, победа оказалась за нами. Позднее этот эпизод снился Сергею Антиповичу долгими послевоенными ночами. Вновь и вновь его бросало в пот при побудке, и во рту было ощущение вкуса крови и соплей врага.

– Фу ты! Опять приснилась эта гадость.

Василию Григорьеву тоже часто снился сон, как в первом бою с фашистами погиб боец молодой. Во время бомбежки отлетела большая щепа от бревен барака, и на глазах просто разрезала надвое молоденького солдата – кровь, внутренние органы, грязь и эти глаза, еще живые (за что, Мама?).

Прошло множество боев, было много атак, но почему снился именно этот солдат? Чем объяснить – почему в наших мозгах, как на заигранной пластинке повторяется один и тот же мотив?

Заняли оборону противника.

И сегодня полковника Григорьева почему-то не раздражали трупы, а была только радость от проведенной операции. Почему? Привычка к крови и от того равнодушие? Или просто душевная усталость. Да, шесть месяцев в постоянных боях. Вши, грязь, раны, огромные потери. Человек превратился в военную машину. А куда делось его сердце?

…Когда закончилась война, полковник Василий Григорьев, кавалер 5 орденов и множества медалей, будет направлен военкомом на родину.

Сначала в село Частые, а затем в село Елово. В семье у них с Настей, к тому году станет уже трое детей. Время зря не теряли. «После каждого ранения – по сыну», – шутили их друзья. А на усладу позже народили и двух девиц, дочурок.

После 1953 года всех военкомов со средним образованием заменили на получивших высшее военное образование. И В. Григорьева демобилизовали. Сначала назначили директором Дома отдыха Фаор, а затем избрали председателем райсовета.

На Дальнем востоке, в загранке и дома

Старший лейтенант Бобров давно привык к изменениям в своей судьбе, и принял новое назначение безропотно. Он был назначен командиром роты по очистке территории от остатков Квантунской армии. Много верст проехали они по территории Монголии и Маньчжурии, выкуривая оставшиеся мелкие группы японских самураев – этих самоубийц – не желающих сдаться.