Три повести из жизни российских оружейников

Хозяйка, мы уже от голода падаем!

– Иду! Иду! – В зал вошла Оксана. Рослая, крепко сбитая брюнетка.

– Моя Оксана – хохлушка родом из Николаева. Вареники с сыром, борщ, сваренный на хорошей свиной косточке, с пампушками и с домашней сметаной – это наша еда. Горилки, правда, в Гаване не найти. Но будем обходиться тем, что Бог послал. Алексей, ты что сегодня будешь пить? – спросил Семизоров.

– Я прихватил с собой дополнительную бутылку водки «Калашников» в стеклянной фляжке. На бутылке – портрет Михаила Тимофеевича в парадном мундире со всеми регалиями.

– Э, нет! Мы так не договаривались. «Калашникова» мы поставим на самое почетное место в комоде. Это – доподлинно коллекционный образец. А пить будем виски. Оксана совсем не употребляет алкоголь. Ты какой виски предпочитаешь?

– Безо льда и газировки. Пью только чистоган.

– А какой марки?

– Если честно, мне без разницы. Я вообще ни разу не слышал, чтобы кому-то предложили плохой скотч. Я полагаю, такого вообще в природе не существует.

– Ладно, хозяин – барин.

Как насчет Johnnie Walker, Black Label?

– С удовольствием.

Виски пили на русский манер, из маленьких стопок, как водку. Первый тост подняли за хозяина и хозяйку. Второй – за гостя. Третий тост по старинной военной традиции подняли за тех, кого с нами нет.

Семизоров сменил тему:

– Извини за нескромность, ты что еще с собой привез в пакете?

Ванин понял: пора говорить о том, зачем он вообще приехал в Гавану, – о своих особых поручениях. Надо только поаккуратнее, не ломиться безрассудно.

Так можно все испортить.

– Перед самым отъездом я был у Михаила Тимофеевича. Узнав, что лечу на Кубу, МихТим выкатил мне задачку. В знак огромного уважения к Фиделю я должен передать ему личный подарок: портрет с автографом, редкостный альбом с изделиями АК, сувенирные медали.

Оксана почувствовала, что ей пора покинуть мужчин, откланялась и ушла в свою комнату.

Ванин продолжил:

– Как ты думаешь, у меня есть шанс попасть на аудиенцию к команданте и поручение Калашникова выполнить?

– Сомневаюсь.

Фидель уже длительное время хворает и ни с кем не общается. Только с врачами, сыном и братом… Я знаю характер кубинского лидера. Если бы тебе в самом деле удалось с ним встретиться, просто так он тебя не отпустил бы. Он очень тонкий психолог. Его невозможно переиграть. Ты готов честно признаться, что реально стоит за этим жестом?

Ванин опять почувствовал: надо приоткрыть хотя бы часть смысла второго особого поручения.