Второй шанс: философия жизни

Где-то вдалеке, ближе к объекту, сразу с четырёх точек заработали зенитные установки «Шилка». Так салютовав, ливийцы праздновали победу.

В городок мы вернулись только поздним утром, но на работу вышли все как по расписанию.

Стали ждать новостей от финнов. Они, радостные и в лёгком похмелье, появились после обеденного перерыва. К нам приехали Косккинен и Лундквист, рассказали, что наш сотрудник передал письмо советскому послу, а тот, связавшись со своим финляндским коллегой, провёл встречу и вручил заветное письмо.

Финский посол принял самые экстренные меры, выступил с ультимативным заявлением: если осада с городка финских и филлипинских специалистов не будет снята в ближайшие часы, он обратится в Совет Безопасности ООН и передаст полученное документальное свидетельство о бесчинствах, творимых по отношению к его согражданам провокаторами в Ливии.

Ультиматум сработал!

Наши специалисты, люди ещё той, советской закалки, показали свои самые лучшие качества.

И финны тоже молодцы.

Рассказ о том, сколько потом болгарской ракии и финской самогонки было выпито в честь советских друзей, сколько тостов было произнесено за дружбу и сотрудничество, – лучше оставить за рамками повествования. Ливия ведь – страна «сухого закона».

Но я вам скажу, чисто между нами, не для разглашения, под этот шумок с нами пили даже некоторые ливийские командиры, в обход строгих запретов полковника Каддафи.

Общая победа оказалась хмельна и сладка на вкус.

Икрам

Последнее время я стал часто вспоминать моих соотечественников, переводчиков-арабистов, с кем мне довелось работать в разных странах Ближнего Востока и Северной Африки.

Вот они, эти имена: Шамсуддин, Виктор Овсянников, Марат, Сергей, Нигматулла, Шириншо, Гиви Бжалава, Мовлян, Икрам Болтубоев.

Память человеческая далека от совершенства, где-то в ней остались только имена, иногда и фамилии.

Навсегда запомнились не столько имена, а величина и масштаб человека, его поведение в кругу друзей и в официальных ситуациях, его отношение к своему делу и к товарищам.

Каждый из них заслуживает того, чтобы о нём была написана отдельная книга. Великолепное знание арабского языка, культуры, религии, личная душевная и духовная глубина – вот то, что я могу сказать об этих ребятах и подписаться под своими словами.