Имперский раб

Небо синее, чистое, словно умылось. Ветерок ласковый по-весеннему. Лошадей выпрягли, напоили, стреножили, пустили глодать весенние побеги с кустов, выщипывать прошлогоднюю траву. На поднятых оглоблях развесили одежду подсушиться. Развели костерок. Стали варить обед.

– Иваныч, – обратился к Синильникову казак-кашевар, – пошто по грязи-то спешил в Самару? Нешто недельку не мог подождать? Тогда дорога бы подсохла. Как по каменной доскакали бы!

Яков, пользуясь потемкинской грамоткой, выпросил у астраханского воеводы себе в спутники десяток своих земляков, служилых казаков – так надежнее.

– Торговые обороты не ждут. Все вовремя делать надо, – уклончиво ответил он.

Кашевар пожал плечами, про себя подумал: «Неделя – срок не велик. Каки таки обороты, что гонят словно на зверя облава!.. Жадность, скажи!»

От телег, где на задраных оглоблях сушились зипуны, крикнул казак:

– Гляньте, братцы, вслед нам верховые едут! Кажись, воинская команда.

Казаки поднялись, стали вглядываться, загораживаясь от солнца ладонями.

– Не простые путники… – протянул раздумчиво кашевар.

Шагов за двести от казаков отряд остановился. Из кареты выглянула голова в парике. Седок кареты вгляделся в казачий стан и что-то сказал верховому, услужливо склонившемуся к нему. Тот с места в карьер помчался к казакам. Подскакал, резко осадил лошадь и грозно крикнул:

– Кто такие?

Яков выпрямился во весь рост и уставился на молодца-драгуна своими стеклянными глазами.

– Добрые люди сначала здравствуются, себя называют, опосля спрашивают, а не кричат.

– Ты что, казак, белены объелся? Ослеп? – взъярился драгун. Он показал на карету. – Тебя здешний хозяин спрашивает, помещик Ильин…

Яков, едва сдерживая нешуточный гнев от наглости драгуна, стиснув зубы, ответил жестко:

– Хозяйка здешних мест одна – государыня Екатерина Алексеевна.

– Не умничай, отвечай, кто такие!

Яков решил поиздеваться над нахалом:

– Ты что, не видишь? Казаки! Так и передай своему барину, лакей визглявый! По государственному делу мы, и не твоему помещику ответ даем.

Драгун чуть не задохнулся от злости. Сопя, он развернул коня и умчался к карете. Синильников велел своим:

– Казаки, сабли подберите на всякий случай.

Его отряд быстро нацепил оружие, приготовились.

– Неужто драчку затеют? – спросил кашевар.