Испытания жизни

Иди, и работай!

Выпроводив Хватова, полковник из початой бутылки налил полстакана коньяка и, развалившись в кресле, стал вновь мысленно перебирать все повороты и возможные осложнения внезапно возникшего, словно на ровном месте, дело следователя Ульянова. Он крутил и вертел вставшую задачу, рассматривая ее с разных сторон, в умной, лишенной каких-либо комплексов и сентиментальности голове.

«Да! Он прав! Тысячу раз прав, чертов Хватов. Начавшееся дело надо быстренько закрыть без всякого шума. Иначе, не то что в столицу, а и отсюда, с моего насиженного места можно вылететь.

Ладно, пусть Хватов делает все, что считает необходимым. Я сейчас не буду слишком придирчивым к его действиям, хотя они могут быть не законными». Хватов действовал в полную силу. Он повторно обыскал квартиру Ульянова и под одной из половиц, прогнувшейся в отличие от остальных, он в присутствии понятых и сотрудника милиции, с невозмутимым видом вынул оттуда толстую пачку червонцев с изображением Ленина. Для подобной цели ему потребовалось положить под доску все сбережения, скопленные, за последние пять лет. Но фабрикация дела в отношении Ульянова стоила затраченных усилий. «Деньги я всегда успею достать, а вот моего, так называемого друга Ульянова мне надо свалить сегодня». Деньги были положены в толстый, плотный конверт, взятый из сейфа Ульянова, и на нем явно хранились отпечатки его пальцев. На всех банкнотах следы Хватова были аккуратно удалены им лично, что, для него не составляло сделать большого труда. В мастерской отца Фотия, расположенной в сарайчике во дворе дома, в котором проживал священник, в спрятанной и закинутой различными обрывками кожи коробке с сапожным инструментом, при обыске следователь Хватов изъял похожую пачку червонцев, но их было значительно меньше, чем то количество найденных у Ульянова. Вместе с червонцами в коробке оказались и польские злотые, неизвестно каким путем попавшие к Фотию и происхождение которых известно было одному Хватову, организовавшему провокацию. Эдуард Хватов был в хорошем настроении. «Следствием доказана прямая связь следователя Ульянова и священника Хребтова. Поп сумел подкупить нашего Ульянова, и он закрыл его дело, получив за работу приличную сумму денег. Придется постараться, и тогда можно обвинить обоих фигурантов в совместной антиправительственной деятельности, учитывая и компрометирующие высказывания слесаря Воробьева. Но фактов для суда недостаточно.