Рассказы, военные песни сборника «Солнце и щит»

Тот, кто выходит на поиски в рождественскую ночь, как ты, всегда находит ту самую дорогу, которую он ищет. А сейчас следуй за мной!»

Он зашагал впереди нее, в то время как сын вдовы мирно спал у него на руках. Ясное личико ребенка озаряло сумрачные очертания незнакомца, подобно благословенному мерцанию звезд, и этот свет освещал идущим путь, словно лампада. За этим сиянием следовала бедная женщина, и они углублялись все дальше в туман, который становился все гуще и гуще и клубился у них перед глазами серым занавесом.

Наконец, командир остановился, поднял правую руку и разделил ею туман, словно приоткрывая завесу. Тотчас же взору женщины открылось пространство, наполненное светом и мерцанием. Ее глаза долго искали источник этого благословенного божественного свечения, окружившего их. У нее над головой витал только теплый ночной воздух, непроницаемый для взгляда. Ни солнце, ни луна, ни звезды не освещали эти глубины, а над землей не горели факелы и фонари. Свечение лежало нежной радужной дымкой над озером, воды которого были прозрачны, как алмаз. Этот свет наполнял всю землю, тихими пенными волнами набегая на темные берега. Серые стражи, похожие на своего командира, как братья, были серьезны и молчаливы. Расположившись вокруг потока, они словно несли боевое дежурство на берегах этих священных вод. «Ты среди мертвых солдат», – сказал командир женщине. «Присмотрись внимательнее, не найдешь ли ты среди них того, кого ищешь. Если хочешь, можешь заговорить с ним, и он ответит тебе. В рождественскую ночь мертвым позволяется говорить человеческими голосами; в остальное время они являются живым лишь во сне и в мыслях или же приходят к ним, обратившись тенью». Бедная женщина набралась смелости и взглянула в лица серых стражей, стоявших рядом с ней. Она заметила, что лица безмолвных хранителей были удивительно похожи друг на друга. На всех них лежала тень глубокой серьезности, которой был пронизан суровый взгляд командира. Эта серьезность была одновременно святой и смертоносной, и в ее сумрачном мерцании черты мужчин растворялись, становясь похожими на тени, отбрасываемые багряным факелом. Бедная женщина не смогла отыскать среди них образ своего возлюбленного, и ее взор в беспомощности и страхе устремился через лучезарные волны на другую сторону, где из тьмы поднимались тени многих тысяч мужчин. Тогда же ей открылся радужный источник неведомого свечения, которое в своей благочестивой красоте растекалось над этими водами.