Пираты, или Тайна Бермудского острова

Чего застыли, словно бы неприкаянные? Свистать всех наверх! Высаживаемся на берег.

Дополнительно приглашать никого не потребовалось – рьяные пираты бросились в послушное исполнение. Спустили с кормы небольшую шлюпку-ялик, и полным составом пересели в то маленькое судёнышко. Когда последний пассажир очутился на месте, долговязые гребцы уверенно навалились на вёсла – поплыли в сторону берега, располагавшегося на удалении полутора кабельтовых. Море оставалось спокойным, исключительно гладким: по нему не шла ни лёгкая рябь.

Поэтому прибрежной полосы морские разбойники достигли без дополнительных затруднений, за неполные двадцать минут. Хотя плыли неторопливо, предоставив юной пиратке вдоволь налюбоваться небывалыми, феерически красивыми, зрелищами; те постепенно возникали перед заворожённым, по-настоящему очарованным, взором и никогда ею раньше не виделись.

– Правь вон на ту небольшую пещерку, – приказал разбойничий капитан, когда им оставалось проделать не больше ста ярдов и когда проявилось еле заметное скальное углубление (оно располагалось в двадцати метрах от линии соприкосновения суши и моря, с водой же соединялось нешироким проливом).

Покладистые пираты с лихвой навалились на деревянные весла (за исключением мисс Доджер, само собой разумеется) и через каких-нибудь пять минут входили в удобную бухту. От постороннего глаза она скрывалась разросшимися по округе густыми деревьями, ветвистыми кустарниковыми растениями; и те и другие напоминали первозданную флору, никем пока не тронутую, усыпанную загадочными спелыми фруктами.

– Голодной смертью мы, точно, здесь умрём, – голубоглазая блондинка поделилась любознательным наблюдением; в отличии от остальных она не занималась занудной работой и в полной мере наслаждалась природным пейзажем, возникшим пред восхищённым взором, изумлённым и зачарованным, – неужели это те самые райские кущи, про какие столько всего говорится и про какие упоминается в Ветхом завете?

– Возможно, – пожал плечами старый пират; они как раз пересекали границу горного углубления, овеянного тенистой прохладой, избавлявшей тайное убежище от жаркого майского солнца.

 – Не знаю, откуда Бешеный Фрэнк узнал про удивительный остров, могу лишь с точностью утверждать, что он так и остался никем другим не изведан.