Император Сухоруков

Выпейте еще коньячку. Хотя, разговор нас ждет непростой.

Я демонстративно отодвинул свою стопку еще дальше.

– Можно и так, – вздохнул Месроп. – Я знаю ваше отчество. И фамилию знаю. И этот странный коллектив я пригласил к себе только для того, чтобы ненавязчиво подсунуть вам флаеры, чтобы, в свою очередь, вы со своей… спутницей пришли сюда.

Бородач замолчал.

– Это так тяжело говорить… В общем… В общем, новость такова, что скоро вы умрете.

Увидев мою бурную реакцию, он предостерегающе протянул руку:

– Нет-нет! Поймите правильно, я вам не угрожаю.

Это просто факт. Увы, это факт.

Месроп выдвинул ящик стола, погрузил в него обе руки и вынул на свет божий папку. Знаете, такую старую картонную папку. Серую с черными буквами «Дело №». И матерчатыми шнурками. На папке синим жирным карандашом было аккуратно выведено: «Михаил Солодкий».

– Вы еще не знаете, но вы уже смертельно больны. И вылечиться вам не удастся.

Я громко рассмеялся. Наверное, слишком нервно – но меня можно понять.

– И только у вас, конечно, есть средство, чтобы меня спасти!

– Нету. Я же сказал, что вы не вылечитесь. Нет, Михаил, я не мошенник и не вымогатель. И, поверьте, меньше всего мне хочется убеждать вас в этом прискорбном факте. Но приходится. Вот смотрите.

Он неспешно развязал папку. Достал оттуда фотографию.

– Два года назад вы сделали себе татуировку – жалящую змею. Почему, кстати?

– Яд, который лечит – как символ моей работы.., – промямлил я, глядя на фотку, где была моя татуха со змеей.

Именно что моя! А сделал я ее на внутренней стороне плеча, сфотать не так уж и просто.

– Ясно. В тату-салоне, Михаил, вы подхватили вирусный гепатит С. Вам очень не повезло: многие люди живут с ним десятилетиями, но у вас очень скоро развился цирроз. Вы ведь чувствуете, что, помимо обычной утомляемости у вас появились боли в животе, проблемы с пищеварением и, пардон, газы? Таблетками закидываетесь, однако, обследование так и не прошли. К сожалению, ситуация уже необратима.

У вас уже начались отеки ног, живота, печень уменьшилась. Еще пара недель – и вас госпитализируют. Врачи будут бороться, но закончится всё печеночной комой и смертью.

Говоря всё это, он полисточно потрошил свою отвратительную совковую папку. Доставал какие-то справки, бланки с нечитаемым врачебным почерком, столбцами цифр анализов, синюшными печатями. Судя по печатям и общему ощущению, это были не копии, а оригиналы документов.