Жертва особого назначения

– Джи, мы можем его держать?

– Пока да, сэр.

Мало кто знал, что в любом телефоне помимо аккумулятора была и батарейка, которая отвечала за питание тех частей памяти телефона, которые нельзя было отключать, – например, дату и время. Но не более того. Чтобы обезвредить телефон, надо было достать и сим-карту.

– А слушать?

– Нет. Слушать мы не можем.

Спецслужбы обладали технологией, позволявшей дистанционно снимать информацию с мембраны аппарата сотовой связи, даже если он выключен, но только не в том случае, если вынут аккумулятор.

– Так, он отпускает машину. Да, машина пошла. У нас есть кто-то в городе?

– Да, сэр, – отозвался стоящий за спиной сотрудник станции. – Это же совсем рядом.

– Поднимай всех, – не оборачиваясь, сказал Рафф. – Начинайте слежку. Мы наведем вас.

– Есть, сэр.

– Он ловит такси.

* * *

Борек появился довольно быстро, видимо, я поднял его на ноги. Он прикатил на белом «Лексусе-470», дорогом и проходимом внедорожнике, одном из тех, которые предпочитают арабские шейхи.

Он без проблем прошел посты, а университетский городок охранялся, и я специально назначил встречу здесь, чтобы посмотреть, как у него с документами. Нормально! Подкатил ближе, пиликнул мелодичным сигналом, представлявшим собой заставку от одной из нашид.

Я подошел к машине. С переднего пассажирского вылез тот здоровяк украинец, заступил мне дорогу. Был он мрачен, как туча. Может, у Борька с деньгами напряг. Могу исправить, если что.

– Руки в гору.

Я поднял руки.

– Где музыке[13 - Блатной жаргон.]обучился, Вась, – спросил негромко. – У тех, кто тебя на заказуху подписал, а потом подставил? Могу помочь в твоей беде.

Украинский наемник ничего не ответил – обыскал, мрачно посмотрел на меня, пихнул.

– Иди…

– Мы с тобой одной крови, брат, ты и я, – сделал второй намек я, садясь в машину. Даже если сейчас послание не достигло цели, все равно он будет думать. Если даже не захочет – все равно будет думать.

Это будет грызть его изнутри, напоминать о себе в самое неподходящее время. И рано или поздно догрызет. Как-то раз я прочел в одной книге простую, но очень глубокую мысль: «Никто в целом свете не знает, каково на самом деле быть дурным человеком». Это и в самом деле так. Быть дурным человеком – значит постоянно противостоять системе, помнить об опасности, не спать по ночам, ждать стука в дверь, подозревать всех и во всем.