А. В. Жвалевский. Сборник

Каким-то маленьким кусочком сознания он ещё надеялся на чудо, на то, что в последний момент случится что-нибудь необыкновенно волшебное.

Но праздник получился грустный.

Не было праздника на улицах, люди угрюмо спешили по своим делам. Не горел огнями большой дом сестры, нужно было экономить свет и тепло.

Да и дети были какие-то притихшие, как будто и у них на плечах лежала тяжесть войны.

Сергей Иванович раздавал игрушки, слушал стихи, гладил по головке, но всё время ощущал на себе взгляд худенькой девочки, которую он видел в первый раз.

Девочка была необыкновенно серьёзная, стояла в сторонке и смотрела на Деда Мороза не отрываясь. И взгляд был совершенно недетский, так мог смотреть человек, много чего повидавший в жизни.

– А кто она? – спросил Сергей Иванович у сестры, когда выдалась минутка.

– Это Оленька. Наташина подружка. Она всегда была слишком серьёзная, а уж после того как отца убили…

Дальше Сергей Иванович не слушал, рука вспомнила прикосновение ледяной записки, как будто снежный вихрь пронёсся по комнате.

Первым трусливым желанием было просто сбежать. Выскочить за дверь и бежать быстро, как только возможно, чтобы забыть и эту комнату, и ёлку, и невыносимый детский взгляд…

Но через секунду Сергей Иванович очнулся, тряхнул головой и принял самое мужественное решение в жизни – отправился навстречу пронзительным детским глазам.

– Пойдём, Оленька, поговорим.

Оля вздрогнула, но послушно пошла за Дедом Морозом. Они зашли в маленькую комнатку, недалеко от большого зала, где проходила ёлка.

Сюда ещё долетали звуки праздника, но тихо-тихо. Сразу стало казаться, что веселятся где-то на другой планете.

Сергей Иванович присел на корточки, чтоб лучше видеть детские глаза:

– Оленька, я получил твою записку…

Оля продолжала настороженно смотреть на Деда Мороза, ничего не говоря.

– Оль, я очень старался, но… у меня ничего не получилось…

Сергей Иванович внезапно понял, что по его щекам текут слёзы, а Оля продолжала на него смотреть большими печальными глазами.

– Почему? – спросила она.

– Я не знаю… Наверное, я плохой волшебник…

– Кхе-кхе! – раздалось вдруг у них за спиной.

Оля и Сергей Иванович вздрогнули, а Олины глаза стали ещё больше. На плече у Деда Мороза сидел Главный Птёрк.

– Вообще-то я не должен показываться людям, но тут такое дело… не утерпел. Ты, Дед Мороз, очень хороший волшебник, но ты только волшебник, понимаешь? Не Господь Бог… В нашем, волшебном, мире, ты можешь всё.