Мой друг Сибирцев

– А тебя мы заживо спалим! – продолжал кричать Дыба. – И кума твоего!

«Как же! – усмехнулся старик. – Поди догони… Опоздал ты, ваше благородие, крепко опоздал».

– Ваше благородие, это же леший чертов, от него слова живого не добьешься! Дозволь, я ему огоньку под стреху. Враз заговорит, как задницу припечет.

– Успеем, Антипка, – отозвался Дыба. – Легкую смегть ты ему хочешь. Эй, доски давай! Заколачивай окно и двегь!

Во двор влетел верховой. Влетел, не опасаясь, не ведая, что происходит.

Соскочил с коня. Виден был он в отсветах пламени.

– Ваше благородие! Признал я одного… – прибывший говорил, с трудом переводя дыхание. – В обозе. С охраной… Стреляли, еле отбился…

Лешаков прицелился.

– Где? – вскрикнул Дыба. – Ко мне! Болван!

Поздно. Выстрел из окна бросил верхового под копыта коню, и тот шарахнулся в сторону.

– А-а! – завопил, срываясь на визг, Дыба. – Зажигай!..

Крепко, на совесть, строил избу старик Лешаков.

Выдержанное дерево, полвека стояло, а все светлым лесным духом пахло. Душу свою для людей хранило, для жизни…

Потянуло дымом, послышался треск занимающейся кровли. В окно стреляли не целясь.

Пригнувшись, старик осторожно выбрался в сени. Мощные засовы ставил, словно знал от кого. Не громыхнули бы. Хотя уж теперь-то все едино… Дышать совсем трудно, дым забивал горло, пламя охватило уже всю крышу, лизало стены…

Бандиты стреляли безостановочно, крики, конское ржание слились воедино.

Штабс-капитан Дыба вскочил на коня, отъехал к воротам – сильно пекло, осели сугробы, завалившие избу по самую крышу.

Дыба визгливо ругался. Где обоз, в скольких днях пути, куда движется? Черт побери, один свидетель – и тот труп!

Никто не заметил, не обратил внимания, как распахнулась дверь и из глубины сеней ударило подряд несколько выстрелов. Рухнули двое сидевших в седле бандитов. Вздыбился и опрокинулся, придавив собой хозяина, конь штабс-капитана.

Насмерть перепуганные бандиты попадали в снег, стали расползаться.

А из сеней, охваченных пламенем, била винтовка, била – пока не рухнула, взметнув к огненно-багровым верхушкам кедров фейерверк искр, кровля старой Медвежьей заимки.

12

В десятке верст от Верхнеудинска обоз встретил отряд красноармейцев, вызванных нарочным, с утра посланным в город. В двух санях – пулеметчики, остальные – верхами.