Подвиг Севастополя 1942. Готенланд

Вспыхнула перебранка, в которой часть зала была на стороне старика-профессора (звали его Ненароков), тогда как другие поддерживали Луцака. Горячий диспут продолжился на местном наречии. Я не мог понять, о чем они спорили, и безмерно об этом жалею – накал страстей позволял предположить нечто в высшей степени увлекательное.

То, чего не мог понять Флавио Росси

А говорили они вот о чем – крича, жестикулируя и самозабвенно ненавидя друг друга.

Сначала вскочивший с места профессор Ненароков выпалил по-немецки:

– Что, получили, милейший?

Продолжил он, однако, по-русски:

– И вообще, господин Луцак, не нужно вводить в заблуждение дорогих гостей.

По-нашему, никакой вы не доктор, а всего лишь магистр. Доктор это я! Настоящий, не галицийский.

В этом месте раздался одобрительный смех той половины зала, что поддерживала Ненарокова.

– Доктор? – свирепо передразнил его Луцак. – Жалкий профессоришка, получивший свое звание от царского режима!

– Я представитель русской науки.

Я получил свое звание в университете святого Владимира. Я четыре десятилетия трудился на ниве народного просвещения. Я был общественным деятелем нашего края. Мои сыновья сражались в русской армии против большевизма. Меня лично знал генерал Бредов. А вот вы тут – никто!

Ответ доктора Луцака, будучи слабо связан с высказыванием оппонента, ответом, по существу, не являлся. Такого рода реплики вообще были характерной чертой его полемического стиля, и оставалось лишь гадать, где он этому научился.

– Украинское крестьянство дважды изгоняло большевиков из Украины, в то время как ваши «русские армии» отсиживались в Крыму!

Ненароков отреагировал моментально, слышать алогичные доводы Луцака ему было не впервой.

– А какое отношение вы имеете к этому крестьянству? И где отсиживались тогда вы? В своей сраной Галиции? И позвольте заметить…

– Нет, не позволю! – перебил его Луцак. – И я вам не хо-хол! Прошу представителей германского командования обратить внимание на подобные высказывания подобных, с позволения, личностей! Личностей, которые в своем узком кругу смеют поднимать вопрос об использовании в школьном и высшем образовании московского языка, подвергая таким образом сомнению итоги украинской национальной революции и действия германских властей!

– Нечего тут клеветать на малороссийский народ, – прокричал в ответ Ненароков.

 – Не было у нас никакой национальной революции.