Новый Улисс, или Книга Судеб

Каждый из них, восходя на великокняжеский стол, подтверждал его полномочия. Пребывая бессменно на своем посту, Матвей Петрович оборонял эту землю от новгородцев, вогуличей-идолопоклонников и сибирцев, вторгавшихся в Печеру с разных сторон, побивавших ее жителей и разорявших городки и погосты. Тем снискал он добрую славу среди жителей Печерской земли, которые даже полагали его за некоего былинного богатыря, а после его кончины сложили про него легендарные сказания.

В записанной на Печере народной былине Матвей Петрович предстает чашником князя Владимира «Красно Солнышко», участником главных событий былины:

Что взговорит чашник фрязин Матвей Петрович:

«Ой еси ты, млад Олеша Попович!

Не шути ты шуткою несвойскою

Над Тугарином Змеевичем:

Тугарин Змеевич, усердия доброва,

Не любит шутки тежелыя».

Что взговорит чашнику млад Олеша Попович:

«Ой еси ты, фрязин Матвей Петрович!

Не печалуйся ты об Олеше Поповиче,

Печалуйся о Тугарине Змеевиче.

А за меня печалуетца Спас и Пречистая Богородица».

И приходит день к вечеру,

А уже идет пир на вечере,

Подадут еству девятую лебядь белою.

И как будет пир навеселе,

Учели князи и бояре напиватися

И сильныя могучия богатыри похвалятися.

Что взговорит ласков князь Владимер Киевской:

«Есть ли мой чашник фрязин Матвей Петрович!

Налей чару в полпята; ведра меду сладково

За Тугарина Змеевича здравие».

Громовые трубы

Их домы вихорь разметал,

их гробы срыли плуги;

И пламень ржавчины сожрал

их шлемы и кольчуги.

Но дух отцов воскрес в сынах.

Их поприще пред нами…

Мы там найдем их славный прах

с их славными делами.

    В.А.Жуковский

После кончины легендарного Матвея Петровича, прозванного Печериным, наместничество его ради богатых даней вновь стали оспаривать новгородцы и князья ростовские, державшие в своих руках Великий Устюг, через который пролегал путь к Печере.

На время Москва утратила контроль над Печерской землей. Но она не собиралась терять столь выгодное приобретение.

Лета 6872 (1364) князь великий Дмитрий Иванович «взверже гнев на князе на ростовсково Костентина и взял от тово Ростов и Устюг и пермские месты устюгские».

А спустя три года, говорит летописец, «Дмитрей Иванович заратися на Ноугород, а ноугородцы смирилися. Взял князь Дмитрей по тому розмирю к себе Печеру, Мезень и Кегролские. Люди пермские за князя за Дмитрия крест целовали, а новугородцом не норовили».