Во имя отца и сына

Во время утренней встречи с Семеном этот шутник постарался успокоить своего дружка и сказал ему, что чему быть, того не миновать.

Семен, совсем повесивший нос, тяжело вздохнул и убитым голосом ответил:

– Так-то оно так, Харитоша, но со свово родного дома уходить, преставь, дружища, что никак не хотца.

Теперь они оба то и дело сладко зевали и маялись от безделья. Харитон, как только приметил Афоню, который метался возле амбара, сразу хмыкнул и указал на него пальцем Семену. Семен понял, в чем дело, криво усмехнулся и строгим голосом заметил:

– Афоня у нас у станице – ето настоящый пролетерьят!

При этом он первым и не без основания прилепил Афоне такую кличку.

Дело в том, что несколько дней назад Афоня, будучи навеселе, проходил мимо станичной церкви и случайно встретил священнослужителя отца Прокона, который остановил его, поздоровался и спросил:

– Надеюсь, что ты, раб божий, христианин по вероисповедованию?

Афоня молча и быстро достал из-за пазухи алюминиевый крестик, который висел у него на шее на суровой конопляной нитке и тут же показал его священнику, а потом с особым чувством гордости сказал:

– Отец Прокон, ей-богу, я истиный християнин! – и для подтверждения сказанного даже трижды перекрестился.

Удивленный отец Прокон пристально посмотрел ему в глаза и сразу догадался, что мирянин под хмельком. Он не стал упрекать в этом Афоню и живо поинтересовался:

– А почему же я тебя, раб божий, ни разу не видел в нашей станичной церкви?

Афоня замялся и не сразу нашелся, что ответить, но вскоре оправился от растерянности, воспрянул духом и выпалил:

– Я усе понимаю, отец Прокон, но какся мине было некода зайтить у вашу церкву! Нужда проклятая совсем заела!

Священнослужитель, не удовлетворенный таким ответом, покачал головой и заторопился в свой храм, где его ждали прихожане.

Тогда Афоня забежал перед ним и поспешил спросить:

– Скажитя, отец Прокон, ради бога, почиму на усем белом свете творится такая несправедливая безобразия? Почиму Ваш Господь Бог, к придмеру, пожаловал нашим станичным казакам усякия наделы землицы, а нашому пришлому брату, таким вот, как я, голыдьбе, ничиво так и не дал? Акромя бедности!

Немного озадаченный священнослужитель, не желая попрекать Афоню беспробудной пьянкой, обошел его сбоку и на ходу ответил:

– Для того чтобы стать богатым, раб божий, нужно очень много трудиться и, конечно же, не забывать ходить в церковь и просить Господа Бога, чтобы он снизошел и выслушал твои просьбы.