Естествознатель. Книга 3. Янтарная гавань

Караулить должен мужчина, – ответил ей Тод.

– Вот как? – девушка насмешливо улыбнулась. – Тот самый, который не далее, как час назад, падал от слабости?

– Сегодня караулить будет Тин, – сказал Артур, разом прекратив все препирания. Юноша так сильно устал, что просто валился с ног. Еще и эта мучительная тревога за Алана не давала ему покоя.

– Если почувствуешь, что засыпаешь, разбуди Инка, он тебя сменит, – добавил он тихо, уже заворачиваясь в теплое пуховое одеяло. Тин громко вздохнул, однако перечить приятелю не осмелился.

Он медленно задул все свечи в комнате, а затем по-армутски сел на свою постель, держа в руках старую масляную лампу.

– Эх, ребята, только вот чем бы мне себя занять, – ворчливо произнес он, своим нахохлившимся видом напоминая недовольного сыча на жердочке.

– Попробуй считать единорогов, – предложил ему добрый Даниел Фук, который, кстати, был безумно счастлив, что Артур избавил его от необходимости караулить всю ночь.

– Пока буду считать, я тысячу раз усну, – проворчал Тин, но ему уже никто не ответил.

Ребята быстро заснули, однако сон их был неспокойный и весьма тревожный.

Глава 9 Не забывай друга в душе твоей и не забывай его в имении твоем

Когда на следующее утро друзья поднялись, выяснилось, во-первых, что безответственный Тин самым возмутительным образом прекратил ночное дежурство: легкомысленный мальчик заснул на своем посту, и, кстати, будить его пришлось довольно грубо, ибо он все никак не хотел вставать с теплой постели.

Во-вторых, оказалось, что Инк проявил несомненное благоразумие: сероглазый юноша не сомкнул глаз ночью, догадываясь, видимо, что от Тина будет мало проку.

– Спасибо, – с признательностью сказал ему Артур, увидев, как тот усиленно трет глаза, потемневшие от усталости. Инк лишь презрительно фыркнул в ответ.

Ребята умылись из ковша на улице и вернулись в дом, где их уже ждал горячий завтрак, который, впрочем, был гораздо более скудным и притом куда менее вкусным, нежели их вчерашний ужин.

Кофе подгорел, равно как и блинчики, чай был отвратительно остывшим, творог – с явной кислинкой, а яйца, которые задумывались, вероятно, в виде омлета с помидорами, превратились в какую-то бесформенную массу. Чувствовалось, что хозяйка страшно расстроена последними событиями, и ей уже не терпится расстаться с гостями. Ребята и сами не желали задерживаться; наскоро запихнув в себя неаппетитную еду, они расплатились с тетушкой Агатой и вновь двинулись в путь.