Эрлик

Туда можно побросать сумки с рюкзаками. Но с этим с легкостью справятся парни, что вас привезли, так что можете сразу располагаться на своих местах. Полет до Чумикана займет у нас с вами 25 минут примерно.

– Итак, не люблю долгих проводов, мы с вами увидимся через несколько месяцев, за нами спасение будущего, товарищи, – сказал на прощание Андропов.

В помещение, словно по сигналу, беззвучно и незаметно, вошли военные. Вход в «Сокол» открывался дистанционно, и даже нельзя было понять, кто им управляет. Вполне возможно, что Оливье делал это усилием мысли.

«Технология, наверное, схожа с той, по которой утром сработали будильники в спальнях номеров. И всё-таки… 720 километров за 25 минут, у «Сокола» скорость значительно превышает скорость звука», – подумал Ким.

Военные погрузили всё очень быстро, затем удалившись на улицу, на свои посты, и ученые вслед за Оливье вошли в каюту – достаточно просторное помещение с 12-ю креслами на борту. Кресла эти были из темно-кремовой кожи, сама же внутренняя отделка состояла из мягкого по текстуре и приятного по ощущению и на вид материала бело-бежевого контрастного оттенка, близкого по цвету с цветом наружной обшивки корпуса.

Ремней безопасности не было. Но зато были красивые огромные панорамные окна. И если снаружи в эти стекла, словно вылитые из удивительно красивой синевы, ничего не было видно, то изнутри они были абсолютно прозрачны. Оливье прошел дальше, скорее всего, в кабину пилота. Казалось, в эти минуты все мысли исследователей были заняты видом из прекрасных окон.

Вертолет поднялся на несколько сантиметров от поверхности ангара безо всякого звука, плавно, словно гигантский флагманский морской корабль. Большие ворота в ангар перед «Соколом» стали разъезжаться в стороны, с могучей силой прорезая двухметровую толщу снега по бокам от входа. Нельзя было сказать, какие силы управляли этим вертолетом, если наблюдать его взлет, ни будучи внутри него, ни снаружи. Оторвавшись от пола, Оливье сразу включил режим невидимости перед тем, как прямо в ангаре подняться еще повыше.

Когда «Сокол» стал лететь вперед, он даже не наклонился, противореча всем законам полета вертолетной техники.

Через секунду от прекрасного незримого воздушного лайнера остался лишь ветер, попавший в ангар. Ворота стали медленно задвигаться назад, и лишь одинокая фигура Андропова, подошедшего вплотную к середине входа, выдавала присутствие человека в ставшем вновь пустым, освещенном ангаре.