По следу диверсанта. За час до рассвета

У меня-то еще ничего, а вот Соколу хорошо портрет подправили. Ему бы хоть кровь с лица смыть и к носу холодное приложить, да только где это посреди ночи сделать?.

– Ну что, танцор твою мать! – я был зол на него – Натанцевался всласть?!

– Да ладно тебе, – он сплюнул кровавую слюну и потрогал сломанный нос, – давненько так не махались!

– Как со старшиной теперь разговаривать? Он же нам устроит теперь веселую службу. Обещали ведь без выкрутасов.

Получить нагоняй от Илонова мне совершенно не хотелось. Он мужик хоть и добрый, но если его разозлить, то проблем потом не оберешься.

– А ты-то что переживаешь, это из-за меня все случилось, я и пойду с повинной, – улыбнулся друг.

– Ишь ты, какое благородство! – мне было совсем не смешно.

– Ладно, двинули до склада, вместе гуляли, так и огребать тоже будем вместе.

Пока доковыляли в другой конец города, уже совсем рассвело. Старшины еще не было на месте, поэтому мы уселись возле заборчика, под огромным тополем и принялись его ждать.

Старшина появился спустя час и коротко кивнув нам на проходной, сразу направился к завхозу, получать новое обмундирование.

Через несколько минут, получив соответствующие документы, Иван Федорович вышел и направился к нам. И с каждым его шагом, сердце мое колотилось все чаще и чаще. Ну, держите шапки, сейчас начнется…

– Божечки-кошечки…

Воскликнул Илонов, остановился перед нами и с прищуром начал осматривать:

– Вы только гляньте на этих красавцев. Вот она, гордость нашей Рабоче-Крестьянской Красной Армии! И где же это вы так споткнулись-то, друзья мои ситные?!

– Так мы это, товарищ старшина…

Я пытался на ходу придумать правдоподобную отговорку, но в моей голове была одна каша.

– Замолчи, Луговой! – оборвал старшина. – Что с рожами, я вас спрашиваю?

– Мы…это, – у Соколова видимо тоже не было никаких идей, – мы…

– Ну-у-у-у? – нависал над нами старшина, – давай-давай рожай, что «мы…»?

– Мы…подверглись нападению…местного деклассированного, контрреволюционного элемента, – выдавил из себя Александр.

– Ты смотри, какие мы слова знаем! – воскликнул старшина, – элемента говоришь?!

Далее последовала долгая и утомительная воспитательная речь Ивана Федоровича, о том, что мы позорим Красную Армию перед местными жителями подобными выходками. О том, что красноармеец не имеет права поддаваться на подобного рода провокации, обязан всегда держать себя в руках и подавать пример другим… и что не гоже пропускать столько ударов по лицу.