По следу диверсанта. За час до рассвета

– А, еще один краснопузый!

Тот, кого партнерша Соколова назвала Ленькой оскалился и хрустнул костяшками пальцев:

– Тоже к сестре моей клеешься? Ну сейчас мы вас убивать будем!

Он потянулся в сапог и выхватил из него нож.

– Не советую, – я покачал головой.

– А что? В штаны нассал, служивый? – злобно усмехнулся задира.

– За тебя переживаю, вдруг порежешься еще…

– На, держи!

Он сделал резкий размашистый выпад, а двое его дружков снова набросились на Сашку. Мне не составило труда уклониться от Ленькиного ножа, народ сразу расступился, ситуация начала накалятся.

– Сокол ты как? – прокричал я другу.

– Порядок, Юрка!

Он сумел одолеть одного противника и повалить его на пол. Второй решил переключиться на меня. Он попытался ударить меня кулаком в скулу, но я успел поднырнуть под его руку и нанести два молниеносных удара. Первый удар пришелся ему в живот. Задира охнул и согнулся в три погибели. Не дожидаясь пока противник очухается, я нанес ему второй удар по темечку.

Поняв, что оба его друга выведены из драки, Лёнька снова неумело атаковал меня ножом.

Он размахивал им перед моим лицом, пытаясь сначала порезать меня, а потом уколоть. Вскоре нападавший начал уставать. Улучив момент перед очередным колющим ударом, я перехватил его руку, вывернул ее на себя и резко дернул. Раздался противный хруст ломающейся кости, парень дико заорал и выронил нож.

– Нужно было послушать меня!

Я подобрал его нож и сунул в свой сапог. Ко мне подошел побитый Сашка. Все лицо в крови, нос сломан, а под глазом уже наливается лилового оттенка «фонарь».

– А-а-а-ай! Суки! Ублюдки краснопузые! – кричал задира.

– Больно, как больно, курва!

Вдруг где-то за танцплощадкой из темноты послышался пронзительный свист и крики. Вот так подлянка, нам только патруля тут не хватало! Я подхватил свою фуражку, схватил Соколова за шкирку, и мы тут же пустились на утек.

– Rapciga rapanoasa![1 - Нецензурное ругательство по-молдавски. – Прим. авт.] Я еще поквитаюсь с вами, твари! – донеслось нам вслед.

Бежали мы долго и сами не знали куда. Дом сменялся домом, а улица улицей. Отбежав достаточно далеко от танцплощадки остановились и перевели дыхание. Время уже перевалило далеко за полночь. К утру нас будет ждать старшина Илонов на складе, мы должны выполнить свое обещание и загрузить ему грузовик. Но как появиться перед его суровыми очами с такими разбитыми мордами? Можно будет сразу забыть про увольнительные до конца службы.