Признание… II. Учебное пособие для начинающих гетер

Я решил добавить и выделить ещё один комментарий, когда уже прочёл этот текст неоднократно и к моим размышлениям по поводу синдрома «Золотого Петушка» добавились ещё и другие.

Во-первых, применительно к этим двум героям, моему другу и мужу главной героини, а также ещё трём героям мужского пола, которые участвуют в повествовании и играют в нём заметную роль.

Первый мой комментарий будет такой. Все пятеро героев, которых вы без труда определите, в той или иной мере моральные уроды, постоянно нарушающие существующие нормы морали и нравственности.

Нет, они не маньяки и насильники и не преступают закон (ну разве что папа главной героини), но все они совершают поступки, о которых не принято говорить вслух. Но даже не это является главным. Хотелось бы понять, почему они поступают таким образом? Что движет каждым из них? Особенно мне интересен герой под ником «Депутат». Его логику и цели я пока вообще не понимаю и очень хочу их понять.

Другое дело Ева. Она, как я понимаю, не задумывается о моральной стороне вопроса, но умело использует пороки каждого из этих героев в своих собственных целях.

Есть ещё пара моментов, которые, как мне кажется, стоит прокомментировать заранее. Я думаю, что местами, если не сказать, что очень часто, автор перегибает палку, в том смысле, что утрирует реальные события, доводя их до абсурда. Это, как мне кажется, результат его «сотрудничества» с алкоголем. Но, если бы мы даже рассматривали этот текст, как страшную сказку, то не будем сбрасывать со счетов исходное желание автора докопаться до истины.

Как говорится, сказка ложь, да в ней намёк…

И еще одна вещь поразила меня в этих записках, и которая не сочетается с тем, что на самом деле произошло с их автором. Я имею в виду, что, по крайней мере, в начале, он еще строит какие-то планы на будущее. Из чего я делаю вывод, что, он хоть и принял жестокое решение, подписав сам себе приговор, где-то в глубине души он надеялся на чудо до самого конца. Что ж, spem, si supremum morienti, надежда умирает последней.

Ещё одно замечание под конец этого уже затянувшегося предисловия. Алекс, и вы это заметите ближе к концу, в своих рассуждениях часто использует местоимение «мы». Как я понимаю, произошло это в результате осознания того, что он в моём лице будет иметь верного соратника и соавтора. Я тоже буду временами использовать «мы». Но только в тех случаях, когда наши с Алексом мнения по какому-то конкретному вопросу полностью совпадают.