Франсуа-Атанас Шаретт. Герои Вандеи

– Месье, Вы храбро сражаетесь, должно быть, Вы шевалье Шаретт?! Мы старые солдаты из Прованса, что служили еще Королю! Мы не хотим, служить республике, и желаем сражаться за Короля под Вашим командованием!

Так в отряде Шаретта появились новые бойцы, уже знакомые с военным делом!

Стоит отметить, что это был не единственный случай пополнения рядов белых республиканцами. Вандейцы предлагали взятым в плен в бою республиканцам переходить на их сторону, многие соглашались. Так, к примеру, в бою под Понт-Жаме, Шареттом было взято в плен 400 человек, из них 200 вступили в ряды повстанцев.

Остальных пленных отпускали, взяв клятву не воевать против роялистов. При этом у них брили головы, что бы по бритой голове узнать в бою «изменщика» (тогда мужчины носили длинные волосы), им пощады не было.

После победы под Леже, Шаретт предлагает идти на Машекуль.

– А сейчас, ребята, мы пойдем, выбьем синих из Машекуля!

Тишина.

Шевалье отдает приказ.

– На Машекуль!

На этот раз по толпе пронесся ропот.

– Нет, мы не хотим идти на Машекуль!

В свою очередь, жители Леже кричали.

– Не оставляйте нас! Республиканцы нас убьют!

– Вы дали клятву слушаться меня!

К Шаретту подходят верные люди, он дает приказ арестовать бунтовщиков. 10 человек были арестованы (на другой день их выпустят из тюрьмы).

Выйдя на главную площадь Леже, Шаретт произносит пламенную речь, призывая бороться с республикой, за веру отцов, за Короля!

Площадь оглашается криками.

– Да здравствует Шаретт, наш храбрый генерал! Мы пойдем за тобой! На Машекуль!

Вечером 2 мая две колонны роялистов покинули Леже. Сотня всадников во главе с Шареттом, 1000 пехотинцев под командой Вриноля, и три пушки.

Шаретт уже в час ночи прибыл под стены Машекуля, этой ночью он хотел взять город.

Но где остальные люди?! Он отправляет эстафету. По эстафете приходит новость, что люди Вриноля «не хотят покидать Ле Грениль», что был от него в полу лье.

Шевалье спешит туда, и находит полностью деморализованных людей, с которыми просто безполезно идти в бой.

– Вы не мужчины, а бабы!

Вриноль дает сигнал к отступлению.

Но беда не приходит одна. Чуть позднее, кавалерия, которую Шаретт оставил в Бург-Сен-Мартин, подверглась нападению драгунского патруля республиканцев, в отсутствии командира она не могла дать отпор, и обратилась в бегство.