За Родину и Славу. Вторая война за Силезию (1744-1745)

Однако Саксония, с её второй по силе армией в Германии и значительным весом в европейских делах, играла важную роль в политических расчётах. Для Великобритании, после окончательного разочарования в перспективах вовлечь короля Фридриха в войну с Францией, было тем более важно обеспечить участие Саксонии в антибурбонской коалиции, а также использовать короля Августа вместе с Россией для защиты Ганновера, если в Берлине примут решение выступить на стороне Франции. По сходным причинам позиция дрезденского двора была важна и для Австрии.

Памятуя о прежнем опыте договорённостей с королём Фридрихом, в Вене вынуждены были учитывать возможность нового нападения со стороны прусского короля, из-за чего сближению с Саксонией уделялось особое внимание. Кроме того, учитывая тесные связи Дрездена с Петербургом, король Август мог повлиять на отношения Австрии с Россией, где влияние венского двора после известного «дела Ботта-Лопухиных»[30 - Заговор с целью низвержения императрицы Елизаветы и возвращения престола малолетнему Ивану VI, якобы возглавленный австрийским посланником Ботта д’Адорно (Botta d’Adorno). К заговору оказались причастны члены знатных семейств Лопухиных, Головкиных, Гагариных. В участии в заговоре была также обвинена супруга обер-гофмаршала М.П. Бестужева, брата российского вице-канцлера. Несмотря на то, что братьям Бестужевым (гофмаршалу и вице-канцлеру) удалось сохранить свои места, результатом заговора стало охлаждение отношений России и Австрии и уменьшение влияния при дворе английской и австрийской партий в пользу французской партии во главе с посланником Дальоном (d’Allion), лейб-медиком императрицы Лестоком и обер-гофмаршалом великого князя Петра Брюммером. В существовании заговора сомневались ещё современники описываемых событий. Так, по мнению английского посланника Вейча, французская партия использовала досужие беседы, которые вели «две старые сварливые женщины и пара молодых развратников», чтобы потом объявить о заговоре против императрицы и обвинить в причастности к нему Ботта, который на тот момент уже выехал из России и пребывал в Берлине. ] значительно уменьшилось. Восстановление военной силы Саксонии, армия которой уже к концу 1742 года была увеличена до 46 000 человек, также делало дрезденский двор ценным союзником. Однако австрийское министерство настораживал ярко выраженный антипрусский характер предлагаемого сближения.