Подводная конкиста

– Танцы танцами, – вождь вернул себе сосредоточенный вид, – но теперь настало время узнать, кто из благородных мужей Кулуакана имеет смелость и дерзость состязаться в играх в пок-та-пок. По традиции, через две недели после чествования Начала Дождей, наш тональпокуи объявит начало турнира. Победитель, как и прежде, волен просить у меня, что угодно, кроме, пожалуй, титула и дочери.

Толпа снова загоготала.

Со своих мест повставали воины и вельможи. Выкрикивали имена, называли благородные Дома, били себя кулаком в грудь, обещая на этот раз уж точно всех перещеголять в мастерстве и силе.

Горстка завсегдатаев, да пара новичков. Всё, как всегда.

– А мне можно? – чужеземец, вокруг которого недавно вытанцовывала Иш-Чель, вдруг поднялся со своего места. – Могу я тоже попытать счастья в этот ваш тапо?к, правитель?

Глава 15

– Чтимая Иш-Чель, – обратился с поклоном командир отряда подводной разведки, – Как и в прошлый раз, в целях безопасности я посчитал нужным поставить тебя с группой охранения позади авангарда.

Приказываю от отряда не отставать и на протяжении всего рейда беспрекословно выполнять мои указания.

Тланчана рассеянно кивнула. Сегодняшняя подводная вылазка не дарила прежнего ликования. Вот уже целые сутки Иш-Чель бесконечно прокручивала в голове вчерашнее празднество. Весь остаток вечера тланчана находилась подле отца и позволяла себе лишь осторожные взгляды в сторону человеческого моряка.

С чёрными глазами, полыхавшими диким огнём, она встречалась не единожды за время пиршества. И каждый раз кровь приливала к щекам, сердце в груди ускоряло свой бег, пальцы дрожали от волнения. Как будто Иш-Чель вела безмолвный диалог и получала непристойно красноречивый ответ.

– Погружаемся, – махнул рукой командир.

Услыхав команду, тланчана прыгнула с высокого уступа и через мгновение кожу обожгла прохлада пещерных вод сенота. Иш-Чель превосходно плавала, но всякий раз торопилась добраться до тонкой границы купола, чтобы как можно скорее завершить трансформацию.

Не думать о дыхании, видеть чётко и ясно в глубоководной темноте, слышать недоступные человеку звуки и частоты, делать мощные гребки своим роскошным ультрамариновым хвостом.

Единственное неудобство, которое терпели тланчане под водой – скудный набор издаваемых звуковых волн. Собственную речь русалки дополняли языком жестов.