Дети Мишки Квакина и др.

А интеллектуалка Катя усмотрела в этой кличке еще и прямую аналогию с «Республикой ШКИД». Пацаны в банде курили все, кроме меня. Я начал курить уже гораздо позже, в институте. Среди девчонок в те времена это занятие вообще не практиковалось, а скорее всего, они это делали тайком от нас, «мужчин», в тесной дамской компании. Отдельный вопрос – курение анаши. Ею баловались старшие пацаны, а научили нас этому ребята из другой банды, с которой у нас были связаны целая эпопея войн и финальное заключение мира. Но об этом чуть позже.

Деревенские

С южной стороны дачный массив прилегал к деревне под названием Винновка. Население деревни, как мне кажется, нигде официально не работало. Женщины, как правило, вели приусадебное хозяйство и выращивали овощные и бахчевые культуры для их дальнейшей продажи на городском колхозном рынке. С мужчинами же было немного по-другому. Нет, конечно, в те времена нормальному здоровому мужику не работать было нельзя. Поэтому они в большинстве своем числились где-нибудь в колхозе или какой-нибудь шарашкиной конторе, отдавая зарплату начальникам, а на самом деле занимались обслуживанием быта дачников, включая дачное строительство и ремонт, а также обеспечивали работу дачных водокачек, зарабатывая на этом неплохие по тем временам деньги.

Или же зашибали еще бо?льшие деньги, продавая собранные на водохранилище бревна, а также браконьерством. Вернее сказать, они совмещали все эти разнообразные промыслы, из которых рыбный был самым важным и прибыльным. Основными промысловыми рыбами в то время были волжская селедка и осетровые, хотя их и отсекло плотиной от выхода к Каспийскому морю, но тогда они еще в достаточном количестве водились в водохранилище. Кроме того, численность осетровых поддерживалась рыборазводами, специально созданными для пополнения популяции, лишенной возможности естественного размножения. Оба эти занятия, или бизнеса, говоря на современный манер, были, я думаю, очень прибыльными. Я осознал это лишь в более зрелом возрасте.

Прервусь, чтобы сначала описать отношения нашей банды с детским и подростковым населением деревни. Отношения эти, надо сказать, были самыми теплыми и дружескими. Как они сложились, я не знаю, потому что влился в них, когда они уже существовали. Но могу сказать, что для себя мы практически не делали разницы в отношениях между членами банды и деревенскими. В общем, это было единое равноправное сообщество в возрастном диапазоне средней школы.