Империя. Тихоокеанская война

? Так точно, ваше благородие. ? И добавил мечтательно: ? Скорее бы в бой пошли. А то я тут в батальоне как та белая ворона, в одном ряду со всякими кашеварами и возницами.

Норкин понимающе кивнул. Ситуация знакомая. Причём, если в обычной части в европейской России это сейчас не настолько бросалось в глаза, то вот на Дальнем Востоке, где много ветеранов, это уже реальная проблема, а про части лейб-гвардии, где герой на герое, и говорить не приходится.

? Ладно, братец, пришли мы, как я вижу. Потерпи. Войны на всех хватит.

Вестовой кивнул:

? Хорошо бы. Спасибо, ваше благородие.

Подпоручик шагнул в блиндаж комбата и забыл о существовании вестового. Внутри его ждали склонившиеся над картой фигуры комбата и кого-то из офицеров, которого Норкин пока не знал.

Вытянувшись, Борис приложил ладонь к папахе и доложился:

? Товарищ капитан, по вашему приказанию подпоручик Норкин прибыл!

Князь императорской крови оторвал взгляд от карты и поднял голову.

? А, Борис Ильич, проходите. Знакомьтесь – штабс-капитан Новинский, наш командир разведывательной роты.

Норкин и Новинский обменялись рукопожатиями.

? Сергей Сергеевич Новинский. Рад знакомству.

? Борис Ильич Норкин. Рад знакомству.

Комбат вновь вернулся в разговор.

? Так вот, Борис Ильич, вы тут человек новый. Не желаете ли осмотреться? Так сказать, посильно ознакомиться с местными достопримечательностями?

Норкин несколько настороженно кивнул.

? Да, не отказался бы. А… тут есть достопримечательности?

Командир усмехнулся.

? Ну, там сами определитесь. По месту. Достопримечательности это, или, как говорится, отнюдь. Дело в том, что Сергей Сергеевич с группой разведки сегодня выдвигается на передок. А то японцы как-то расслабились, давно от нас гостинцев не получали.

Ничего не поняв, Борис всё же кивнул.

? Да, я готов.

Кивок.

? Ну, вот и славно.

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. СТАДИОН «ЮНОСТЬ ИМПЕРИИ». 1 ноября 1921 года

Глядя в чашу стадиона, мой тесть тихо поинтересовался:

? А почему ты сам не выступишь? Они ведь твои подданные, и ты сам символ новой жизни?

Пожимаю плечами.

? Ну, кто я для них, ну, кроме того, что священная особа и государь император? Обыкновенный старый пердун, прости мой французский. Вот сам подумай на секундочку. Для молодых людей лет пятнадцати-двадцати все те, кому за сорок лет, представляются дремучими замшелыми стариками. Не согласен?

Император Рима кивнул.