Исповедь свидетеля. Записки советника в отставке

Исповедь свидетеля. Записки советника в отставке

ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ ЧЕРНЯКОВ

ИГОРЬ ЛУКИЧ ЧЕРНЯКОВ

Я не был сторонним свидетелем лихих девяностых в России. Активно участвовал в оппозиционной режиму Ельцина политической деятельности, после поражения оппозиции стал миссионером ОБСЕ и ООН в Таджикистане и сербском Косово. Мое прошлое – в непростой судьбе моих родителей, крестьян, сосланных в тридцатые годы в Сибирь. Решительно изменил свою судьбу в 20 лет. Отслужил года в спецназе ВДВ, закончил МГИМО МИД, стал карьерным дипломатом.

В оформлении обложки – фотография из личного архива автора – шефа департамента Миссии ООН в Косово.Содержит нецензурную брань.

Владимир Черняков

Свидетель

…Ибо Бог уже давно предрешил твои деяния…

Дал тебе Он под солнцем все твои тщетные дни,

И это – твоя доля в жизни и в трудах твоих,

Над которыми ты усердствуешь под солнцем».

Екклесиаст

Апрель 1972 года.

Рио де Жанейро. Впервые поднявшись на вершину горы Корковаду к монументу Иисуса Искупителя, неожиданно для себя я физически ощутил благодатный восторг от случившегося поклонения Господу в небесной вышине и от осознания того, что все в моей жизни – от Бога и по воле Его.

Так случилось, что стал я одним из тех немногих, кто однажды и на всю жизнь выбрал путь странника, кто идет по жизни скорее по воле Провидения, но никогда – из боязливого стремления удержаться в привычной для большинства колее.

Жизнь моя изменилась, можно сказать, неожиданно. Мне исполнилось тогда уже 20 лет. С дипломом учителя музыки работал в районной школе. С приличной зарплатой, если считать с приработками в местном доме культуры. Два года уклонялся от службы в армии, и не собирался служить.

Мое вполне благополучное существование устойчиво выстраивалось на совершенно стабильную перспективу дальнейшей жизни – насквозь, до старости просматривалось жуткое однообразие и пугающая бесперспективность существования.

И восстал дух мой, и сердце мое и разум мой против такой предрешённой судьбы моей, как сказал бы кто-нибудь из далеких предков на православной Руси. А по-нашему – созрел юноша чтобы понять, что значит попасть в кабалу сложившихся обстоятельств. И восстал.

И накатила лавина перемен. Я сам обрушил её. А вслед за этим…

Один за другим последовали, как взрывы, повороты судьбы.