Халхин-Гол. Первая победа Жукова

Лишь политрук Боровицкий, появившийся, как всегда, после боя, назидательно выговорил Астахову, что со старшими командирами так грубо разговаривать нельзя – плохой пример для подчинённых. Но Боровицкий авторитетом в роте не пользовался, и никто не отреагировал на его поучения.

Тем временем Федулов, призванный недавно в армию, размотал повязку и внимательно осмотрел глаз. Удалив несколько песчинок кусочком влажного бинта, промыл глаз раствором марганцовки. Полегчало. По крайней мере, резь прошла.

– Остаюсь, – решительно заявил Василий.

– Думаю, нормально всё будет, – согласился с ним Матвей Федулов. – Тем более ветер стих, да и солнце заходит, слепить не будет. Повязка не нужна?

– Нет, – покачал головой лейтенант. – Чего людей пугать, как пират одноглазый.

* * *

До вчерашнего дня стрелковый полк, в котором служил Василий Астахов, около года размещался вместе с другими подразделениями в небольшом городке Тамцак-Булак среди бескрайней степи Восточной Монголии. Десятка три одноэтажных домов, казармы, а вокруг множество войлочных юрт, где жили монгольские семьи, а также командиры из состава расквартированной здесь монгольской кавалерийской дивизии.

Расстояние от посёлка до реки Халхин-Гол составляло 120 километров.

Кроме бесконечной, местами холмистой степи, Василия поражало огромное солнце, которое на рассвете поднималось над горизонтом. К полудню раскалённый воздух заполнял всё вокруг. Белый солнечный диск словно плавился, а на юго-восточную часть неба было невозможно смотреть – слезились глаза.

К холодным зимам красноармейцам было не привыкать. Но здесь к сильным морозам прибавлялся постоянный ледяной ветер, сдувающий тонкий снежный покров. На тактических занятиях бойцы порой получали обморожения и с нетерпением ждали весны.

Она была короткой, и быстро наступала жара. Боевая подготовка начиналась рано утром, а когда роты возвращались к обеду в городок, горизонт колыхался и плыл в горячем мареве.

Среди дня полагался отдых и послеобеденный сон. В глинобитных казармах было относительно прохладно, особенно ночью.

Пища была сытная. Монголия – страна аратов (скотоводов), и красноармейцы поначалу удивлялись, когда два, а то и три раза в день давали мясо, чаще всего баранину, которая быстро приедалась. Но суп или щи были наваристые и вкусные. Многие бойцы, особенно из бедноватых северных краёв, впервые наедались здесь досыта. В то же время все мечтали о картошке, к которой привыкли с детства, а в здешних местах её не выращивали.