Штормовой предел

Заботливые маменьки вывозили на этот бал целые выводки своих дочек и родственниц, впервые выезжавших в свет. Народу бывало очень много, до шести тысяч человек и больше, так что являлось опасение за целость балок и приходилось принимать меры безопасности. Морская молодежь умела придать своему празднику соответствующую обстановку. Гости веселились напропалую и танцевали до упаду. Впрочем, приезжающие на бал красавицы и их маменьки обращали свой взор прежде всего на гардемаринов, ведь те были как-никак без пяти минут флотскими офицерами! На младших кадетов особенно не глядели.

Но те особенно из-за этого не расстраивались, а веселились как могли.

Перед балом ротные помещения трудами кадетов превращались в уютные гостиные, буфеты и танцевальные залы. Для этого мобилизовывались все местные художники под предводительством корпусных офицеров, понимавших толк в рисовании. Каждое помещение, точно по волшебству, превращалось в подводное царство, царство льдов, тропический уголок, хвойный лес – насколько хватало фантазии и средств.

Главная трудность заключалась в том, чтобы не повториться и не походить на прошлые годы.

К восьми часам вечера все уже было готово к приему гостей, которых собралось до четырех тысяч. Все кадеты и гардемарины были налицо: кто стоял у входных дверей и проверял билеты, кто находился в буфетах, кто в танцевальных залах, а кто просто толкался по всем направлениям или ждал приезда своих знакомых. Миклуху определили находиться на подхвате в танцевальном зале, чему он был, конечно, рад.

Что толку проверять билеты!

Перед этим Миклуха вместе с Юнгом и Серебренниковым, под присмотром своего прямого начальника – фельдфебеля Дубасова, готовили к празднику в Столовом зале знаменитый бриг «Наварин»: ставили паруса, поднимали новый флаг на гафеле и длинный вымпел на грот-брам-стеньге.

Состоявшие распорядителями старшие гардемарины имели особые значки из лент цветов Андреевского флага, пропущенных под левый погон, в виде аксельбантов, и завязанных бантом с лежащим на нем золотым якорем.

С таким знаком ходил и старший их кадетского взвода – фельдфебель Федор Дубасов и его неразлучный друг гардемарин Владимир Андреенков.

Наконец съезд начался… Потекли бесконечные ряды одетых в зимнее пальто и ротонды дам в чепцах и теплых платках, в сопровождении офицеров и штатских. Вся эта вереница торопилась попасть в классы, где были устроены раздевальни, и оттуда роскошно одетой толпой направлялась в главный зал.