Золото Рюриков. Исторические памятники Северной столицы

И Травин понимает почему – вокруг по стенам храма много цветов, принесенных к венчанию.

За размышлениями Алексей не замечает, как принесли чашу, и священник, осенив ее крестным знаменем, подает ему. Легкое прикосновение к губам холодного сосуда возвращает Алексея из Троицкого собора к процедуре венчания.

Травин пытается вновь увидеть открытую в куполе полусферу с изображением кессонов и лепных ангелов, но голос священника возвращает его в храм. Святой отец ведет жениха и невесту к аналою, а потом к Царским вратам.

Алексей, как и в начале церемонии, целует икону Спасителя, потом образ Божией Матери.

– Я думал, не выдержу, – глубоко вздыхая, жалуется он друзьям Ободовскому и Хруцкому, которые первыми оказываются рядом с молодоженами. – Болела шея, спина, подкашивались ноги…

– Вчера не надо было идти в храм на работу. Мог бы перед венчанием на денек отпроситься, – назидательно говорит Платон.

– У кого? – усмехнулся Травин. – Медведева нет. А начатое с ним и сыном его дело надо бы завершить.

Осталось всего ничего.

Подходят мать и отец невесты. Большая толпа ее родственников оттесняет друзей Алексея. Сыплются поздравления, назидания. Травин согласно кивает, а сам глазами ищет букеты роз с тем, чтобы запечатлеть в памяти понравившуюся композицию.

* * *

Свадьбу гуляли дня три. На том настаивал отец невесты. Не прочь были веселиться Ободовский с Хруцким. Но на второй день настойчивый стук в двери прервал трапезу – в квартиру, обставленную цветами, вошел хмурый пожилой мужчина и чуть ли не в ультимативной форме предложил Травину ехать в Императорскую Академию художеств.

От неразговорчивого человека с трудом удалось узнать, что ожидают его в Академии архитектор Михайлов второй – Андрей Алексеевич и старший ректор Академии Василий Козьмич Шебуев.

– Сдается мне, Михайлов хочет нашего Алешеньку пригласить на роспись дворца Юсупова, – всплеснул руками Хруцкий и выразительно посмотрел на Ободовского.

– В самый раз ему туда, к итальянцам и французам, – ответствовал Платон.

 – Пусть покажет, что русские художники тоже не лыком шиты.

– Если так надо, то езжай с богом, – согласился тесть и, глянув на дочку, на распев сказал: – Проводи мужа до экипажа.

«Это надо же, сам Шебуев срочно приглашает. И не один он там. Вместе с Шебуевым меня ожидает знаменитый архитектор Михайлов второй. Он сейчас занимается реконструкцией дворца Юсупова. Неспроста зовут.