Ленин и другие играют Достоевского

Ленин и другие играют Достоевского

Владимир Захаров

Проследите мысли деятелей Октябрьской революции в разные периоды истории в пьесе в четырёх действиях. Оцените видение революции в России от Достоевского и Тургенева до воспоминаний Сталина.

Владимир Захаров

Ленин и другие играют Достоевского

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ДОСТОЕВСКИЙ ФЁДОР МИХАЙЛОВИЧ.

ТУРГЕНЕВ ИВАН СЕРГЕЕВИЧ.

ЛЕНИН ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ.

СТАЛИН ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ.

ЗИНОВЬЕВ ГРИГОРИЙ ЕВСЕЕВИЧ.

АРМАНД ИНЕССА ФЁДОРОВНА

БЕРИЯ ЛАВРЕНТИЙ ПАВЛОВИЧ.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Осень 1870 года.

Номер Тургенева в гостинице в Петербурге.

ТУРГЕНЕВ нервно ходит взад-вперёд. Одет изящно – в сюртуке, в белой сорочке, на шее -дорогой галстук с драгоценной булавкой.

Входит ДОСТОЕВСКИЙ. Он в шляпе и пальто.

ТУРГЕНЕВ (с распростёртыми объятиями идёт ему навстречу). Фёдор Михайлович, сколько лет, сколько зим!

С напряжёнными плечами и как-то неискренне они обнимаются. Тургенев жестом приглашает Достоевского присесть.

Достоевский снимает шляпу и пальто, остаётся в застёгнутом на все пуговицы сюртуке, садится.

ТУРГЕНЕВ. Я получил ваше письмо и согласился немедленно с вами повидаться, потому что скоро собираюсь надолго уехать за границу. Ваше письмо напомнило мне о наших встречах у Белинского на заре вашей литературной карьеры.

ДОСТОЕВСКИЙ (отрывисто). Когда уезжаете?

ТУРГЕНЕВ. Я, собственно, приехал получить годовой доход с имения и завишу теперь от моего управляющего.

ДОСТОЕВСКИЙ (немного насмешливо).

Вы ведь, кажется, приехали потому, что заграницей ожидали эпидемию после войны Франции с Пруссией?

ТУРГЕНЕВ (благодушно скандирует). Н-нет, не совсем. (Начинает ходить и при каждом повороте из угла в угол чуть-чуть дрыгает правой ногой. Усмехнулся не без яда). Я действительно намереваюсь прожить как можно дольше…

ДОСТОЕВСКИЙ (грубо прерывает его). Человек предполагает, а Бог располагает…

ТУРГЕНЕВ (говорит медовым, хоть и несколько крикливым голосом, нежно скандируя каждое слово и приятно, по-барски, шепелявя).

Знаете, в русском барстве есть нечто чрезвычайно быстро изнашивающееся. Но я хочу износиться как можно позже и теперь перебираюсь за границу совсем. Там и климат лучше, и дом у меня каменный, и вообще всё крепче. На мой век Европы хватит, как Вы думаете?

ДОСТОЕВСКИЙ (отрывисто). Откуда мне знать…

ТУРГЕНЕВ (садится). Если в Европе действительно рухнет Вавилон, и падение его будет великое, то у нас в России и рушиться нечему.