Зенитная цитадель. «Не тронь меня!»

Он уверовал в то, что флотская служба – суть и стержень всей его жизни. И вдруг эта метаморфоза… Он – один из строителей батареи. С ним советуются, его теребят десятки людей. Он вдыхал знакомые запахи разгоряченного металла, вслушивался в гул станков и визг сверл, в голоса захваченных работой людей.

Оказывается, сохранилась в нем еще рабочая косточка. Вырос-то он в трудовой семье. Отец и четверо сыновей работали на заводе. Днепропетровский алюминиевый дал ему, Сергею Мошенскому, комсомольскую путевку в новую жизнь, на флот…

В эти дни строительства плавбатареи он порой жалел, что не может в полную меру выполнять какое-то одно дело.

Приходилось быть одновременно и командиром, и инженером-судостроителем, и просто рабочим.

…Багровые от натуги моряки подтягивали стальные листы судосборщикам бригады Анатолия Распундовского, и те, рассыпая огненные искры, кроили их, подгоняли, экономя каждый сантиметр дорогостоящего металла.

Мастер Никита Рубан, с усталым лицом и красными от бессонницы глазами, размечал трассы трубопроводов и энергожгутов.

В душном нутре «Квадрата» рядом с его бригадой работали электрики плавбатареи. В отличие от других своих подчиненных Мошенский уже знал их поименно. Наверное, потому, что втайне душой тяготел к энергетике.

Тугие и упрямые, похожие на толстенных удавов, энергожгуты сопротивлялись, не хотели укладываться по линии монтажа.

Недавний метростроевец краснофлотец Михаил Ревин, старшина-электрик Николай Кожевников и двое рабочих морского завода, стиснув зубы, что есть силы пытались согнуть неподатливые провода…

Мошенский не выдержал, уперся обеими руками, подналег.

Силенка была: зря, что ли, все эти годы «качал» мышцы греблей и усиленной физзарядкой! Петля согнулась, пошла на место…

– Как мы его ловко: раз – и готово! Вот что значит вы, товарищ командир, вовремя подсобили! – Старшина 2-й статьи Николай Кожевников лукавил.

Мошенский засмеялся: помогла, мол, мышка-норушка вытянуть репку! Пошел на верхнюю палубу.

Там ему не понравился жгут…

Взял монтажную схему. На свету, возле отверстия будущего иллюминатора, внимательно изучал ее, затем спросил мастера, почему жгут проходит по верхней палубе. Рабочий ответил: «Сказали крепить тут – стало быть, тут и крепим». Мошенского ответ не устроил, пошел наверх искать Лозенко. Нашел, доказал. «Попробуем обойти!» – пообещал инженер.

Низкими и узкими показались намеченные на броне мелом смотровые щели в боевой рубке.