Зенитная цитадель. «Не тронь меня!»

Полмесяца совместной службы – не срок, когда люди узнают привычки и особенности друг друга, когда умеют обходиться без слов.

– Неподвижность нашей батареи, – говорил Мошенский, – с одной стороны, ее недостаток, но, с другой, неподвижность эта дает нам возможность вести прицельный, поражающий огонь, возможность заранее пристрелять высоты и сектора… Мы хорошо вооружены. На таком островке чуть ли не полтора десятка орудийных и пулеметных стволов! Вы все здесь моряки и знаете: редко какой боевой корабль имеет такую плотность зенитных средств… Так я говорю, товарищи?

Строй качнулся, одобрительно загудел.

Теплое чувство контакта с подчиненными у Мошенского тотчас же сменилось досадой.

«Нехорошо, Сергей… – сказал себе Мошенский. – Не митинг же. Все оттого, что не имеешь ты опыта работы с такой массой людей. Разве на линкоре в твоем подчинении было столько старшин и краснофлотцев? А командиры, какой пример я им подаю? Я должен быть краток, лаконичен и строг».

– Товарищи! Дело теперь за нами. Будем же железным островом впереди нашего славного Севастополя! Не посрамим чести и достоинства военных моряков Черноморского флота! Я верю в наши силы!

Мошенский умолк. В голове теснилось: «Все ли, что надо, сказал? Так ли, как надо?» Из-под плотно надетой фуражки – все же нашла место – пробилась по виску капля пота…

– У вас что-нибудь есть, товарищ старший политрук? – спросил у Середы.

– Да, – кивнул тот, привычно выступил вперед, подошел к брезентовому борту мостика.

Хорошо поставленным, сильным голосом бросил: – Товарищи! Разрешите от вашего имени, от всех нас заверить командование флота, что личный состав плавучей зенитной батареи с возложенными на нее задачами успешно справится. Прошу председателя Государственной приемной комиссии довести нашу решимость и уверенность до командующего флотом вице-адмирала товарища Октябрьского и члена Военного совета дивизионного комиссара товарища Кулакова.

Прозвучало «Вольно!». Предстояло главное – выйти в море и стать на якоря. Сегодня же в «точку» прилетит самолет МБР-2 с конусом на тросе, и по конусу плавбатарея проведет свою первую практическую стрельбу…

Мошенский доложил председателю комиссии о готовности к выходу в море.

– Добро, добро! – прервал его председатель, сухонький, невысокого роста и уже немолодой капитан 1-го ранга. – Давайте команду на выход.