Сгоревшая под дождём

Но это ли его первый столь опрометчивый поступок? Предлагаю взять во внимание последнюю неделю. Вспомним, что натворил этот ребёнок. Понедельник: он отобрал в столовой завтрак у Игоря. Игорь, – окликнула она мальчика с первой перты, – ты это подтверждаешь? Одноклассник с опаской взглянул на меня, а затем пробормотал, опустив голову:

– Подтверждаю!

– Неправда! – запротестовал я. – Он сам тогда сказал, что его раздражает столовская еда! Вот я и переложил котлету из его тарелки в свою.

– Молчать! – прогремела учительница, сжав кулаки до побледнения костяшек пальцев.

 – Тебе пока слово не давали!

Раскрасневшийся от злости и обиды, что рак, я отвернулся.

– Вторник: – продолжила учительница, – этот молодой человек прилепил жвачку к волосам нашей умницы и красавицы Ксении. Ксения? Ты это подтверждаешь?

– Подтверждаю! – воскликнула одноклассница. Теперь мне нечего было сказать в свою защиту, ибо обвинение было вполне обоснованным. Но раскаиваться было не в моих планах. И я только едва заметно перекривлял одноклассницу.

Эта Ксения просто выводила меня из себя. От неё так и веяло непомерной дерзостью и заносчивостью.

– Среда, – не унималась Ирина Викторовна. – Он сел на подоконник, смахнув с него горшок с цветком. Горшок разбился, цветок пришлось выбросить.

– Я ведь не специально, – пожал плечами я и взглянул на учительницу. Тогда она стукнула указкой по моей голове и, вздохнув, продолжила:

– В четверг он написал контрольную на двойку.

– Мне попался слишком сложный вариант, – оправдывался я.

– Негодник! – прогремела учительница. – Ты не в том положении, чтобы открывать рот! Ты и дня не можешь провести, не причинив никому неприятностей!

– Но разве сегодня я причинил кому-то неприятность? – недоумевал я. – Я ведь всего лишь уснул на пару минут.

– Ты бессовестный лживый мальчишка, который непременно понесёт наказание за все свои злодеяния! – она метнула взгляд на свой стол. – Положи ладони на стол!

Я повиновался. Учительница уже замахнулась указкой и я зажмурил глаза в предвкушении дикой боли, которую будут приносить её удары по моим пальцам.

Но она вдруг опустила указку и ухмыльнулась. Она схватила мою кисть и продемонстрировала её одноклассникам.

– Полюбуйтесь, ребята, на этого псевдо школьника! Смотрите, сколько грязи под его нестрижеными ногтями.

Затем она отбросила мою руку и сказала уже без прежней живости:

– Такие как ты, Тамаш, должны быть крепостными, прислуживать богатым и образованным людям.