Время одуванчиков

Агентура в этой среде – в основном пойманные на горячем хулиганы и мелкие воришки, которые за прощение соглашаются стучать…

Уже через несколько дней Марков смог произвести арест.

Олег Похлистов. Семнадцать лет. Пацан пацаном, из «деревяшек», то есть зоны заводских бараков, которые не успели расселить. Неблагополучная по деньгам, но все же полная семья с матерью и отцом. Сам учится в ПТУ.

Опрос соседей не дал ничего, из чего можно было бы предположить, что Похлистов – маньяк.

Обычный мальчишка, как все. Никакой особой жестокости в детстве не проявлял. Правда, денег в семье было мало, отца уволили с работы и новую он не мог найти уже несколько месяцев.

Как и предполагал Марков, причины нападений было ограбление и не более того – хлипкий пацан понимал, что он вряд ли испугает взрослого человека, даже женщину. Потому решил нападать сзади и бить топором – туристический топорик позаимствовал у отца, тот был участником туристических слетов.

Первый раз он думал просто оглушить или ранить. Но после того как жертва умерла, а его не поймали, решил так и продолжать.

Трусы он решил воровать потому что посмотрел фильм про маньяков и решил сделать так, чтобы подумали про маньяка. Часть денег он потратил на свои нужды, часть отдал матери. Мать не поинтересовалась, откуда деньги. Большой куш он только один раз сорвал: реализаторша несла выручку точки на базаре.

И вот сейчас Похлистов – худенький, в куртке на рыбьем меху – стоял на тропинке, с обоих сторон перекрытой ОМОНом и вырезанным из картона топориком показывал как наносил удар жертве. Куда потом жертва упала, как он ее обыскивал.

Марков стоял, курил, слушал. И не верил своим ушам.

Потом, когда следственное действие закончили, Похлистов стоял у автобуса ОМОНа, Марков подошел к нему.

– Слушай, – спросил он, – а что ты в квартиры лазать не стал?

– Я не умею – ответил Похлистов.

– А вещи зачем закапывал? Мог бы продать.

– Вещи могли опознать. А деньги – они деньги и есть.

– Да тебя надо было в колыбели удавить! – заорал Марков, но ОМОНовец был начеку и встал на его пути.

…

По окончании рабочего дня – имперский сыск как всегда раздавил литру. Это считалось нормальным, иначе на такой работе было не выжить.