Мозес

В тот момент он готов был провалиться на нижний этаж школы, только бы не видеть удивленный взгляд одноклассников и осуждающее лицо Макса, который за эти месяцы стал его единомышленником во многих вопросах.

– Это… Это просто мама меня так называет, по документам я Мартин! – Мозес старался оправдаться перед гогочущей толпой, но они не слышали.

– А ведь неспроста тебя посадили за одну парту с Аароном Нойманном! Гляди-ка, вы даже похожи! Точно одной расы! – Последняя капля пробила тонкую стену терпения. Мозес – он же Мартин и без того был взбешен, что волей алфавита, Нойманн, еврейский мальчик оказался с ним за одной партой.

А теперь его еще и сравнили с ним, с тем, кого его больше всего учили ненавидеть дядьки на парадах, радио и даже отец.

– Я Мартин! Мартин! – доказывал он, смотря на красное от смеха лицо Макса, и злился, но не на него. Из-за угла коридора появился Нойманн со стопкой книг в руках. Мозес нашел виновного. Осталась только подождать, когда жертва сама явится на казнь.

Книги разлетелись по коридору и со шлепком приземлялись на холодный пол.

Одна книга раскрылось, и на неё брызнула алая кровь. Кулак Мозеса угодил прямо в нос ничего не подозревавшего Нойманна. Смех стих, Мозес добился своего. Мимо проходила Роза и помогла встать Нойманну. Она училась в классе для девочек и не так часто пересекалась с Мердерами.

– Дурак! – воскликнула она. С Нойманном она не была знакома. Не знала и то, что он еврей. Она помогла ему встать, просто как человеку, которому это было сейчас необходимо.

Роза повела его в медпункт, оставив мальчишек с их спорами.

– Сама такая! – с опозданием выкрикнул Мозес, когда подруга уже скрылась за углом. Он обернулся к одноклассникам. Похоже, он был прощен за своё имя. Макс удовлетворенно покачал головой.

– Увидимся, Мартин, – сказал Беккер.

Йозеф никак не прокомментировал действий брата. Но они оба прекрасно понимали, что очень скоро будет неудобный разговор в кабинете директора. Так уже завелось, что если один брат нашалит, расплачиваться приходилось обоим.

Прозвенел звонок и дети расселись по своим местам. Мозес как царь расселся на оба стула и гордо запрокинул голову. Сейчас у него было отличное настроение. Ведь теперь он – Мартин.

9.

Гер Херман Херман ходил между рядами парт с величественным видом наставника. Он любил свою работу, будучи уверенный в её исключительной важности. Особенно сейчас, ибо сегодня первая контрольная работа первоклашек по немецкому языку.